— Уверен, что справитесь, и раз вы здесь, значит, в этом уверен и ваш отец. Просто мне казалось, он хотел бы поучаствовать.
— Кто-то должен отвечать за форт, пока основных не будет. У нас шесть охотников осталось, господин Зодчий. На клочке земли, зажатым с трёх сторон Изнанкой — очень малые силы.
— Тринадцатый Отдел тоже там.
Она отмахнулась, будто мы заговорили про что-то не стоящего внимания.
— Они уже себя показали. Как и висящая в небе коробка с солдатами. Когда придёт беда — сражаться будем мы, а не они, — поджала губы Тень.
— Дайте им шанс, госпожа.
— Я — Тень!
— А мне кажется, вы — Надежда, — безобидно улыбнулся я, и девушка тут же смутилась, а затем пришпорила коня, прикрикнув:
— Лис, держись ближе!
Наш отряд двинулся по строй дороге гуськом, стараясь держаться подальше от шевелящихся деревьев. Едущие первыми срубали ветви, до каких могли донести, и у меня сердце разрывалось от того, как используются гравированные клинки, с Эхом сравнимым с некоторыми произведениями искусства.
Сталкер вёл нас к цели, то и дело останавливаясь и указывая на опасность. Люди Глебова в свою прошлую экспедицию вешали на деревья белые тряпки, отмечая места, где Скверна устроила ловушку, но даже с нехитрыми знаками оставался риск попасться в западню. Один из парней, приданных нам Вепрем для сбора сфер и прочей мелкой работы, додумался дотронуться до зелёного пятна на коре старого дерева, и после рухнул с коня, воя от боли. Наш биомант быстро привёл парня в себя, утихомирив боль и затянув повреждения. Лекарь просто побелел, выжатый как лимон. Однако и рана, в первый миг показавшейся чудовищной, теперь выглядела как большой ожог второй степени. Парень поскуливал, глядя на кисть. Однако свой подзатыльник от Сухого всё равно получил.
— Тебя чему учили, Лещ? — процедил он. — Трогать всякое? А?
— Простите, простите, — причитал паренёк.
— Ехать сможешь? — спросил я его. Юношу пронзило несколько охотничьих взглядов, и тот, потеряв дар речи, только кивнул. Ему помогли забраться на коня, и едва отряд двинулся вперёд, как в лесу послышался вой.
Сталкер застыл, подняв руку. Охотники и гвардейцы потянулись за оружием. Протяжный, заунывный вой был похож на волчий, только гораздо глубже и хрипучее. На первый вой ответил второй. Чуть ближе.
— Вперёд, — приказал я. — Просвет, живо!
Отсюда было видно, что дорога выходит на нечто прежде бывшее вырубкой. Сваленные сгнившие стволы окружали довольно просторную поляну, на которой застыло два огромных лесовоза, расположенных очень удачно и позволяющих нам занять оборону, пользуясь мёртвыми остовами.