Но как же это злит! А больше всего — необходимость всё-таки договариваться с Асписом.
Создатель, дай мне сил и выдержки в разговорах с этим змеем! Столько лет прошло, давно уже должна была забыть и успокоиться, но… проклятье! Стоит на него взглянуть — и словно это было вчера. Мраморный стол, тело на нём и слова, которые бьют больнее плети. Той самой, которой меня за связь со змеем наказали мало не до смерти.
Опять скатиться в мрачные мысли не дал стук в дверь. После разрешения войти в кабинет шагнул Мангир.
— Я не вовремя? — он вопросительно вскинул брови, видимо что-то такое прочитав по лицу.
— Как раз наоборот, — встряхнулась я. — Проходи, садись. Будем думать, чему тебя учить.
— А это… то, о чём я думаю? — парень напряжённо покосился на сундук.
— Да, — не стала я врать на пустом месте. — Если тебя беспокоит подобное соседство, можно пройти в какой-нибудь учебный класс.
— Нет-нет, всё нормально, — слишком поспешно заверил он.
Я смерила Мара взглядом. Вставать и покидать кабинет не хотелось, но…
— Пойдём, дельного разговора у нас так не получится.
Уходя, я набросила на сундук пару сигналок с сюрпризами, тщательно заперла дверь. Перестраховка, конечно, жуткая, но за годы двойной жизни, когда надо было выверять каждый жест и слово, точно зная, кому и что ты говорила, я привыкла учитывать всё.
С Асписом вот только эта привычка давала сбои, сожри его Долгая Змея.
Тьфу! В Бездну белобрысого!
— Вот. А теперь давай думать, — решила я, когда мы уселись через стол в одном из небольших учебных классов. Чтобы меня не потеряли, выбрала кабинет поблизости и оставила дверь открытой. — Ты помнишь, к чему у тебя выявляли склонность?
Дар к магии есть у каждого смертного. У него существует две стороны, змеиная и человеческая, которые никогда не даются в одни руки и определяются богами, проявляясь в двенадцать лет или около того. Одарены все в разной степени и имеют разные склонности, обычно связанные с характером. Кто-то не способен держать мощные магические потоки, зато кропотлив и аккуратен и умеет вроде Сверты плести сложнейшие кружева. Кто-то — наоборот, порывист, стремителен и может играючи сотворить несложное, но огромное по своей мощи боевое заклинание.
Последнее — про меня. В юности я была именно такой — горячей, импульсивной, склонной к управлению большими энергиями и весьма одарённой. Ничего удивительного, что в Ордене из меня вырастили чисто боевого мага. Очень хорошего боевого мага, одного из лучших среди змееловов.
А порталы, бытовые чары — всё это было освоено потом. Путём долгих, выматывающих тренировок, когда раз за разом тонкие плетения лопались в руках, перенасыщенные силой. Закономерно, что это сказалось и на характере — я стала спокойней, выдержанней, виртуозно научилась лгать и притворяться.