– Хорошо, – вздохнула я, принявшись убираться.
Парень помогал мне, и в четыре руки лаборатория через полчаса блестела первозданной чистотой. И несмотря на то, что Крейг не упрекнул меня ни словом, ни взглядом, я почти физически чувствовала его разочарование.
– Алекс, – я накрыла его пальцы ладонью, – я подберу антидот.
Парень молча смотрел на наши руки, а затем приобнял меня и вздохнул в макушку. Я чувствовала тепло его тела, его усталость, его напряжение. Такой большой и такой мальчишка по сути сейчас оказался в очень непростой ситуации, когда глава рода фактически недееспособен, но это недоказуемо.
– В любом случае, спасибо за попытки, – тихо произнес Крейг и, чмокнув меня в макушку, отстранился.
И я на миг замерла от удивления, потому что от этой мимолетной теплоты мое сердце внезапно пропустило удар.
Сирена побудки застала нас примерно на середине пути до общежития. Я широко зевнула:
– А героически спасшимся из Туманных чащ не полагается заслуженный отдых?
– У тебя хотя бы нагрузок нет, – поморщился Крейг, – а мне сейчас утреннюю выкладку проходить.
Я ободряюще похлопала его по плечу:
– Зато взбодришься. Как раз ночью дождь был, грязь помесите.
Парень мрачно зыркнул на меня, а я подумала, что там, в лаборатории, показалось. Ну вот показалось, и все тут! И нечего искать намеки там, где их нет. Самая злая ведьма Темнейшей академии никогда не сможет стать парой образцово-показательному светлому магу. А потому взяла себя в руки и…
Мой внутренний монолог был нарушен внезапным явлением человека, которого я здесь увидеть не ожидала. Что уж говорить, вообще нигде и никогда больше не ожидала.
Но София стояла на дорожке вся такая омерзительно свежая и красивая, что невольно подумалось, будто и ей чего перепало из запрещенки мачехи Крейга.
– Алекс, – пропела девица, хлопнув пушистыми ресницами, – как я рада, что мы встретились!
– Уверена? – приподнял бровь Крейг. – Потому что я вот тебя видеть совсем не рад.
– Уверена абсолютно, – продолжала щебетать девица. – К тому же у меня для тебя новости. О-о-очень важные.
– Кхм…
– Алекс, – чуть нахмурила изящные бровки София, – я серьезно. Это касается твоего отца.
Крейг выдохнул сквозь сжатые зубы, а я решила, что вот эти подробности определенно лишние для моих ушей.
– Ну, я пошла, – сообщила я и, кинув взгляд на Крейга, пошла в общежитие.
– Тебе пора завязывать общаться с этой швалью, Алекс, – пропела мне вслед София, – отец очень недоволен твоим поведением.
Что ей там ответил Крейг, я не слышала, да и меня это мало беспокоило, мне и не такое кидали в глаза и за глаза. А вот дивное преображение девушки действительно выглядело тревожным. Или она всегда была такой хорошенькой? У кого бы спросить…