Удивительно, но даже посреди ночи по всей территории раздавались звуки бурной студенческой деятельности.
– Здесь всегда так оживленно по ночам? – удивилась я.
– По-разному, – пожал плечами Крейг. – Но с нашим возвращением администрация огласила результаты промежуточного испытания. Вот народ и отмечает.
Мы шли по освещенной дорожке и уже почти добрались до жилого корпуса, как нам навстречу попалась очень наотмечавшаяся компания. Часть лиц была мне знакома – это были остатки команды Койта, остальных я не знала.
– О, какие люди! – оскалился незнакомый парень.
– Герои, – сплюнул кто-то себе под ноги.
– Золотой мальчик и его темная подстилка…
– Небось из-за нее все и случилось…
– Да я сам видел, как она натравливала на нас туман!
Ну и по старой доброй классике все пришло к традиционным лозунгам.
– К тебе почти без претензий, Крейг, – заявил условно-трезвый бугай, – а вот ведьму надо сжечь.
– Сжечь! Сжечь!
– Сжечь ведьму!!!
В этот момент надо было бросать все и бежать со всех ног в жилой корпус, будить комендантшу, ломиться во все двери и поднимать максимальный хай. Но у меня ноги приросли к земле, и в голове зашумела огромная толпа на мощеной центральной улице в яркий солнечный день.
Сжечь ведьму!
Мать в рваном рубище тащат за волосы к столбу.
Сжечь ведьму!
В нее летят камни, огрызки, мусор.
Сжечь ведьму!
Толстый-толстый мэр зачитывает приговор за самим же им выдуманные злодеяния.
Сжечь ведьму!
Пламя вспыхивает и обжигает…
– Эльза, Эльза, девочка моя… – меня качают и баюкают, крепко прижимают к себе, а я… я что, плачу?
Не совсем еще понимая, где нахожусь, я забилась в панике. Крепко сжимающие меня руки разомкнулись, и я отшатнулась от… Крейга?
Огляделась вокруг, пытаясь проморгаться. Тут и там валялись люди. Кто-то стонал, кто-то лежал без сознания.
– Что произошло? – я потерла лоб, с трудом собирая мысли в кучу.
– Потасовка, – спокойно ответил Алекс, внимательно и даже как-то настороженно наблюдая за мной. – Что с тобой было? Ты застыла и… – он легонько коснулся кончиками пальцев моей щеки, стирая дорожку от слез.
Я поджала губы, отчаянно не желая делиться, чтобы не разрыдаться окончательно. Но Алекс Крейг дураком не был.
– Сколько тебе было лет, когда ее не стало?
– Шесть… – прошептала я и отвернулась.
Кто-то застонал, пытаясь подняться на ноги, но Крейг просто щелкнул пальцами, и человека снова распластало по земле.
Парень снял свой пиджак и накинул мне на плечи. Я только сейчас поняла, что меня ощутимо потряхивает.
– Пойдем. С ректором я поговорю завтра.
Я тупо кивнула, а Крейг вдруг легко подхватил меня на руки и понес. Я вяло дернулась, больше обозначая желание вырваться, чем реально пытаясь.