Значит, никакого помутнения рассудка нет, и меня, как бы абсурдно это не звучало, затянуло в тело чокнутой ведьмы. Или в кого я там умудрилась вселиться? Если всё так, то у меня серьезные проблемы.
Пауза затягивалась. Внутренний холод сковал меня, и только поэтому удалось ответить Гнусу с леденящим душу спокойствием:
– Да, всё прошло как надо…, – наглая ложь как-то слишком привычно сорвалась с моих-чужих губ. Однако следующие слова застряли в горле, когда я увидела новую дикую картину.
Прямо над склонившимся Гнусом заклубились золотистые всполохи. Завихрения из светящейся дымки всего за долю секунды сплелись в высокую, крепкую фигуру молодого мужчины. Казалось, будто он вальяжно восседал на невидимом стуле, закинув ногу на ногу и дремал, сложив руки на широкой груди. Призрак был одет максимально средневеково: муслиновая рубаха с широким воротом и рукавами, узкие брюки из тонкой кожи и высокие сапоги.
Едва слабо светящаяся фигура полностью проявилась, как веки мужчины затрепетали и открылись. Алые, сияющие словно два искусно ограненных рубина, глаза взглянули сначала на меня, потом на Гнуса. Затем мужчина снова посмотрел в мою сторону и неодобрительно покачал головой. Призрак – а именно так выглядел этот тип с ореолом золотых волос – прикоснулся к своим губам и кивнул в сторону Гнуса.
Не знаю, то ли от удивления, то ли от нарастающего страха, но я довольно быстро смекнула, что имеет в виду безмолвное привидение. Слишком много болтаю. Ни одна хозяйка не станет отчитываться перед слугой.
– А теперь проваливай, – последнее слово вплелось в короткую фразу так естественно, словно прошлая хозяйка только и делала, что грубила направо и налево. – Мне нужно собраться с силами для нового…, – запнувшись, я чудом вспомнила наиболее подходящее слово и закончила: – астрального путешествия.
– Конечно-конечно, ваше превосходительство королева Хильда. Отдыхайте, набирайтесь сил. Зовите, как только понадоблюсь!
Стоило крылатому коротышке скрыться за дверью, как призрак вновь поймал мой взгляд. После этого он медленно провел раскрытой ладонью вверх, а затем так же неспешно вниз, словно показывая некую технику. Это… дыхательное упражнение? Всё ещё не понимая, чего от меня хочет полупрозрачный мужчина, я инстинктивно начала повторять за привидением.
Лишь тогда до меня дошло: стоило двери мрачной спальни захлопнуться, как моё тело, такое незнакомое – начиная от острых ногтей, прохладной кожи, истонченной будто древний пергамент, и тяжелых светло-серых прядей длинных волос – начала бить крупная дрожь. Кружившийся в воздухе запах сырости и гнилости стал последней каплей. Это точно не бредовая фантазия.