Министр обороны Юрий Андреевич Суслов, седой и сутулый, кивнул, водя пальцем по карте от Балтики к югу.
— М-да, Морозова нам сильно на Чёрном море не хватает, — мрачно констатировал Великий князь Михаил Дмитриевич. — Мы, конечно, флот доукомплектуем семёрками и восьмёрками с Тихого океана, но те долго не продержатся. На равных вести борьбу не смогут.
— А за Карпатами? — тихо спросила императрица. Её голос заставил всех вздрогнуть. — Сколько у дядюшки в «учениях» задействовано?
— Что-то около двадцати тысяч, — сверился с донесениями Суслов.
— Смело умножайте на два, — хмуро припечатала императрица. — Местное население русов ненавидит ещё со времён мольфарской резни. Будут всячески вредить нам и помогать дяде. Ударят больно и жестоко.
Андрей Алексеевич обернулся к матери. В его взгляде сыновьей почтительности уступила холодная решимость.
— Придётся выиграть время и отвадить местных от участия в этой сваре. Заодно и дядюшке вашему проблему подкинем.
— Интересно, как ты хочешь запретить людям мстить? — фыркнула императрица. — Да и дядя мой… не тот человек, который меняет свои планы.
— Мстить я им не могу запретить. Тем более есть за что. Но у нас есть козырь, с которым вашему дяде придётся считаться, а мольфарам крыть нечем. Вы с Францем-Иосифом одной крови. Причем в близком родстве. А мольфары связаны клятвой крови с вашим общим предком. А потому побоятся причинить вам вред. Поэтому вы, матушка, через три дня отправляетесь в Закарпатье. Выберите сами, то ли коренное население благодетельствовать, то ли инспекцию проводить.
В кабинете воцарилась гробовая тишина. Даже Михаил Дмитриевич удивлённо уставился на внучатого племянника. Императрица же замерла, но магическую силу не удержала в узде. Иней расходился от неё в разные стороны, а температура в кабинете резко снизилась.
— Но где я, а где военные действия⁈ Я не понимаю…
— Именно потому, — перебил её сын, не повышая голоса. — Пока вы, матушка, будет располагаться внутри ставки, ничем убойно площадным они не ударят. Вы — родная племянница императора Франца-Иосифа. Кровная клятва не шутки. Их планы споткнутся о ваш визит, придётся что-то верстать на коленке. Это даст нам время. А мы найдём, чем ответить.
Мария Фёдоровна смотрела на него широко раскрытыми глазами, в которых читался чистый, почти детский шок. Она искала поддержки у Михаила Дмитриевича, у Суслова — но все смотрели в карты или в пол. Это был не семейный совет, а военный. И приказ уже прозвучал.
— Я… — начала она, но голос сорвался. Кажется, ледяная броня императрицы только что разлетелась вдребезги, ведь её делали не просто щитом для империи, а живцом в политической рыбной ловле. Она беззвучно ссутулилась в кресле, кивнув.