— Странно, а я решил, что моё. Вот как увидел его штандарт на свих землях, как увидел убитых его воинами подданых графа дер Прист, так сразу решил, что это именно моё дело.
— Ну так и сражались бы лицом к лицу, как подобает воину, а не били в спину…
— Как тать? Как ваш супруг или как его сын. Это же от ударил стрелой в мою спину вместо того, чтобы встретиться в честном бою лицом к лицу, как ты тут вякала.
— Он слишком юн для этого!
— Убивать благородного в спину уже подрос, а ответить за это мал еще?
— Если у вас претензии к графу или виконту дер Долинол, обратитесь с жалобой к его величеству королю Иманта.
— На что мне жаловаться? Сейчас возьмём виру за нападение и вернемся домой. Жалуются те, кто сам не может за свои обиды спросить.
— Убирайтесь! Не сегодня, завтра вернется граф Фриго с победой, тогда я за ваши жизни не дам и белки!
— Ха-ха! Насколько я знаю, некромантия у нас под запретом. И попридержи язык, несчастная вдова! А не то прямо сейчас вызову твоего сыночка на дуэль, и вашему королю придется искать нового графа из другого рода в эти земли. Второй-то еще не дорос до короны.
— Ты не смеешь! Мне всего пятнадцать! — проснулся стрелок, решил мужество проявить.
— А мне целых шестнадцать! И твой отец не постеснялся взять меня в плен, чтоб потребовать выкуп. Пожалуй, я также поступлю. Прикажу тебя связать как следует, а потом потребую выкуп.
— У нас ничего нет, вы не сделаете этого. Это бесчестно.
— Весь ваш род сплошное бесчестье и недоразумение. И ты еще не представляешь, глупая женщина, насколько ты права — у вас ничего нет!
Всё это время слуги, стоящие вокруг своих владетельных господ, были недвижны как изваяния. А вот теперь они приобрели какое-то волшебное свойство перемещения — также не шевелясь, они ухитрились дистанцироваться от господ на пару метров. Какие тут слуги дальновидные, сразу просекли, что эти господа перешли в разряд нищебродов.
— Виконт, скажите, что ваши слова про графа Фриго были шуткой! — до тетки дошло, что она вдова. Не быстро.
— Ваш муж, отец и сюзерен напал на наши земли, был убит в бою и закопан там, куда так стремился. Надеюсь, его тело послужит процветанию нашего графства.
Для юного наследника мой спич оказался слишком оскорбительным, видимо поэтому он весьма некуртуазно бросился на меня, стреляя сосульками. Сосульки разбились о мою одоспешенную грудь, при этом лицо виконта тоже разбилось. Мой еще менее куртуазный пинок снес ему челюсть и погрузил в глубокий животворящий сон. Ну или в бессознательное состояние, я не врач, мне эти мелкие подробности ни к чему. Из моей свиты успел среагировать только один, запомню его. Он не успел ткнуть парнишку мечом до того, как я уделал пацана, но хоть попытался! Вот такие с реакцией и готовностью действовать мне и нужны. Впрочем, как и думающие. Да всякие нужны, особенно верные. Как сказал один царедворец, определив на многие века кадровую политику топ-менеджмента: «Умных много, верных мало!»