Ладно, вариантов кроме зачарования нет, хотя в таком исполнении, это всё-таки порча, правильно отец говорил. Стена собрана из колотых досок, посаженных на шипы, вбитые в горизонтальные балки. Сосредотачиваюсь на деревянных шипах, кружочками выглядывающих из нижней балки. Что тут думать, зачаровываю первую в труху, в пересохшую целлюлозу — кружок меняет цвет на грязно-коричневый. Толкаю доску, он практически высыпается из отверстия мусором. А доска остается на верхнем крепеже и поддается вперед и вбок, словно доска забора. Второй шип обрабатываю тем же макаром, мне получившегося прогала на две доски хватит, чтобы выползти, тело пока юное, компактное, как у змея. Досочки назад на место, со стороны теперь стена выглядит как новенькая, точнее девственная в плане побегов.
Оглядываюсь по сторонам в полуприседе — вроде никого, спит еще народ, даже обозники пока не начали гоношиться с завтраком. Я же в норме, только что без головного убора, так что идти надо спокойно, не торопясь. Мол, я свой тут. Куда идти? А до ветру, то есть в сторону от лагеря в ближайшие кусты. Только бы на мины не напороться, а то потом обувь вонять будет. Тут подходы к временным воинским лагерям пока принято минировать самым неказистым способом, этим самым, природного происхождения. Ухожу за кусты, там присел демонстративно на случай, что кто-то увидит. Увидит и отвернется, вот радость серящих мужчин разглядывать! А вот теперь можно и уматывать потихоньку, чтоб не разгибаясь, но и не ползком, ползком тут вы сами ползайте, а я лучше это самое перешагивать буду. А дальше я помню, тут небольшой овражек есть, он в сторону уводит, ну и пусть ведет в сторону, зато подальше от гостеприимного графа дер Долинол. Вообще, неглупый дядька оказался, хорошо свою компанию спланировал, только одно непонятно, на что рассчитывал. Хотя, если бы ему удалось завалить Витора дер Прист и меня, то всё могло у него срастись.
Основываясь на современных реалиях, я примерно могу сказать, где сейчас находится мой десяток. Думаю, что не ошибусь в своём предположении: он ушел сплоченным строем в Великое Ничто. Мы обстреливали противника довольно растянутой цепью, удар мага-воздушника пришелся примерно в её середину, так что бойцы на флангах должны были уцелеть. А потом они были должны до последнего прикрывать мою тушку, даже мертвую. Не было у парней других вариантов, кроме как погибнуть надо мной или вокруг меня, и общество бы не поняло, и у самих в голове вряд ли могла проявиться мысль о спасении. Другие времена, другие люди — примитивные в понимании Долга. А другие сейчас в дружинах не служат, даже наёмные роты в эту эпоху стараются не кидать нанимателей.