— Тут я на стороне Катьки, если честно, — признался Алексей. — Твои пленники сколько ждали возвращения Санька? Неделю? А мы два месяца.
— «Мы»? Ты тоже туда собрался идти? — поднял бровь Михаил.
— Естественно, — кивнул брат цесаревича. — После его сегодняшнего заявления в ближайшем будущем будет не так-то просто с ним пересечься. Даже не знаю, когда он сможет иномирцев высвободить из своей техники.
— Завтра приедет и освободит, — решил Романов-старший. — Во-первых, у нас здесь дела государственной важности. Во-вторых, после публичного объявления дается двое суток на подготовку обеим сторонам, начиная со следующих за днем объявления. Главное, чтобы он не забыл напрячь своего юриста, который у него уже имеется, дабы тот направил нужные документы нужным людям, а также в имперскую канцелярию.
— Мне кажется, ему плевать на «во-первых», а про «во-вторых» он, возможно, и не в курсе вовсе, — предположил Алексей. — Но не волнуйся, я его обо всем сегодня предупрежу, включая твой гениальный план по отбору его дня подготовки ради пленных иномирцев, да.
— Но всё-таки, — не заметил, казалось, слов своего брата цесаревич. — Может ли быть, что Катя в него влюбилась?
— Вряд ли, не того поля ягодка, — взмахнул головой в отрицательном жесте Романов-младший.
— Да, Катя у нас одна такая… — протянул Михаил, вновь взглянув в сторону, куда ушла троица молодых людей.
— Я про Саню…
— Что?
— Что?
Вернуться в бар успели буквально за десять минут до назначенного времени. Благо Оксана, как настоящая хозяюшка, все подготовила. Так что переживать о том, что что-то пойдет не так, не стоило. Столы ломились от заказанной дочерью графа еды, а напитки и так у нас имелись в изобилии. Кстати, стоит задуматься о том, чтобы найти себе хорошего повара, пока не разорился на доставке.
Практически сразу за нами прибыл Алексей Романов. Парень поздравил меня с присвоением титула графа, а также отозвал меня в сторону на разговор тет-а-тет, пока не прибыли остальные гости.
Принц сообщил мне о том, что его старший брат потребовал, чтобы я завтра снова явился во дворец, и мы смогли допросить пленников. Вообще, я собирался заняться этим делом сегодня, но у моих друзей были совершенно другие планы, а моего согласия они и не спрашивали.
После Алексей посетовал на мою безбашенность. Говорил, что давненько не было таких сорвиголов, которые сразу же после получения объявляли войну не одному роду и даже не двум, а сразу трем, один из которых княжеский. На эти высказывания я улыбался и с пожатием плеч приговаривал: «Не я такой, жизнь такая.»