— Пленные услышат, — заметил я, хватаясь за последнюю соломинку.
— Вот и отлично, — губы богини дрогнули в еле заметной улыбке. — Пусть думают, что это ты пытаешь своих врагов, — Чайя отошла в сторону и указала на стол, стоящий посреди комнаты. — Ложись. Я буду говорить, что тебе делать.
Мне не оставалось ничего другого, кроме как под пристальным взглядом богини улечься на стол.
Все бы ничего, но Чайя заставила меня ставить Печати самостоятельно, несмотря на ту боль, что я буду испытывать.
— Начнем с Печати Регенерации. Запоминай, — она начала с помощью Тени вычерчивать рисунок прямо в воздухе.
Тщательно изучив будущую Печать, я спросил:
— Может стоит ка обычно? Сначала на листике потренироваться?
— Нет, — нагло отвергла мое предложение богиня. — Сразу привыкай к боли, сопровождающей нанесение Печатей, а также к тому, что будет в случае неудачи.
— А что будет? — наивно спросил я.
— Сейчас узнаешь, — сказала Чайя и, властно взмахнув рукой, скомандовала: — Приступай.
Казалось бы, можно было послать богиню куда подальше, а самому вернуться к хвостатой и по старым чертежам нанести Печать на свою энергетическую систему. Но! Во мне присутствовала четкая уверенность в том, что Чайя знает, что делает, а также не имеет намерений мне навредить. Ведь в обратном случае она бы уже давно устроила мне какую-нибудь подлянку.
Еще раз взглянув на Печать Регенерации, я принялся к ее нанесению на свою энергетическую систему.
Как там говорила Кей? Дальше — легче? Так вот хрен там плавал. Я уже на первой Печати был готов отправится к праотцам. Особенно после того, как получил откат из-за неудачного штриха. Штриха! Одной единственной черточки было достаточно, чтобы Чайя втащила мне ножнами своего меча, отчего я позабыл сначала о контроле, а затем о спокойной жизни вовсе. Боль была просто адская. Словно тебя сначала по кусочкам разрезали, а затем пропустили через мясорубку. Но выхода другого не было, так что оставалось стойко терпеть.
На нанесение Печати Регенерации ушло три попытки и черт его знает сколько времени. Для меня все слилось в одно сплошное мгновение, наполненное болью и страданиями. Но это все была боль физическая, духовно же меня добила своими словами Чайя:
— Молодец, — похвалила она меня тогда. — Но все же стоило начать с Печати Сопротивления, — кажется, она даже глазом не повела, сказав такие злые слова.
Я был готов взвыть от такой несправедливости, но тактически сдержался. Уверен, что такая персона, как моя богиня, вряд ли бы забыла о порядке установки этих самых Печатей, а значит, что меня в очередной раз проверяли.