— Фактически львиная доля их требований рассыпается из-за того, что Эллис подписала капитуляцию Рода Миссурийских. Только лишь этот факт уже делает девушку причастной к конфликту между нашими Родами, — кивнул я на Миссурийскию. — Однако! Эллис нашей пленницей не является, так что я не вижу проблемы в том, чтобы отправить ее домой ближайшим рейсом. Воспользовавшись случаем, можно передать через нее послание ее дражайшим родственникам, что со своими требованиями они могут идти в далеко и надолго.
— Вот здесь и кроется основной нюанс, Саша, — возразила Наташа. — Дело в том, что…
— Я не хочу, — закончила вместо моей сестры Миссурийская.
— Что, простите? — не понял я сего момента. — Как можно не хотеть вернуться в отчий дом после того ужаса, который раскрылся и в котором был замешан твой старший брат?
— Мои, как и Джона, отношения с семьей вряд ли можно назвать нормальными. Нас воспитывали как тех, кто должен полностью отдаваться Роду и делать все, чтобы тот процветал. На наши желания всем было, откровенно говоря, плевать, отчего мы и решили сбежать в Российскую империю, — признавалась Эллис под одобряющие кивки Наташи. — Мой брат тогда был чист душой и своими силами добился того, чтобы нас здесь признали и даровали титул. Он сменил фамилию, открестившись от старой. Мы перестали быть Эллис и Джоном Голд, став Эллис и Джоном Миссурийскими. Таков выбор был сделан в дань памяти тому, через что мы вместе с ним прошли.
— И как тогда твой братишка настолько умудрился преисполниться, что пошел против того государство, в которое он бежал и в котором проживает его сестра? — уточнял я. — Не благодаря ли его мутным схемам вам удалось стать графским Родом Миссурийских?
— Нет! — горячо ответила Эллис. — Мой брат точно добился всего сам, и только после этого он… Он поддался соблазну и пошел темной дорожкой…
— Ладно, — выдохнул я. — В данный момент времени дела твоего брата нас не касаются. Сейчас речь идет о тебе и твоем нежелании возвращаться в Америку, — отметил я. — Ты хочешь, чтобы из-за тебя мой Род вступил в очередную войну, которая в этот раз может стать уже международной?
— Они блефуют, — без тени сомнений заявила Миссурийская. — С того момента, как мы с братом отреклись от старой фамилии, я и он перестали быть членами Рода Голд. Никаких претензий они не могут иметь ни в каком из случаев, — уверенно продолжала девушка. — Не до конца понятно, что они хотят со мной сделать, стоит мне попасть в их руки. А проверять этого я не горю желания, как у вас говорят, от слова «совсем». Одно я знаю точно, что рисковать, отправляясь на войну против Рода, глава которого является Неограниченным Одаренным, Голд точно не будут — побоятся. Русские известны своей сплоченностью, когда все становится настолько плохо, что хуже уже некуда, после чего карают всех недоброжелателей, оставаясь непобедимыми.