Поначалу неспешный, томительный, почти невинный, он с каждой секундой становился более требовательным, страстным, неистовым. Всепоглощающим. Сердце билось все сильней и сильней. Возбуждение лихорадочной дрожью отзывалось в кончиках пальцев, огненной волной стекало по позвоночнику и собиралось в тугой узел внизу живота.
— Ни-ка…
Светлейший первым оторвался от моих губ. Прерывисто дыша, на миг прислонился к моему лбу своим, обжигающе горячим, быстро подхватил меня на руки и опустил уже возле кровати. Ненадолго. Только чтобы помочь скинуть платье и раздеться самому. Тогда пришел мой черед помогать, хотя я, наверное, больше мешала. Завязки на его рубашке были ужасно неудобными, все время выскальзывали из пальцев, хотелось схватить ткань обеими руками и рвануть в разные стороны, слушая треск лопающихся ниток. И не доставало сил просто смотреть, как он медленно… изматывающе медленно снимает с себя остатки одежды.
Еще немного… чуть-чуть. Я месяц жила воспоминаниями о нашей первой ночи. Самый долгий месяц в моей жизни.
А потом я ощутила спиной холод простыней, и Рэйнард накрыл меня собой, ловя губами негромкий сдавленный стон…
Прикосновение гладкой пылающей кожи — такое ожидаемое и такое неожиданное, что я на секунду забываю дышать.
Тяжесть мужского тела.
Его глаза совсем черные, а в вертикальных зрачках — янтарное пламя. Странно изменившееся лицо с жесткими, резкими, чеканными чертами, и серебряные чешуйки на висках.
Все правильно, абсолютно правильно. Все так, как и должно быть.
Ладонь, скользящая по груди, животу и дальше вниз. Жадные поцелуи. Нетерпение, жажда, которые становятся почти невыносимыми. Плавное прикосновение его бедер. Мои ноги, обхватывающие их, стискивающие. Уверенное слитное движение, соединившее нас. Общее судорожное дыхание, грохот его сердца у меня в висках. Слова, которые обрываются, сменяются стонами и рассеиваются, теряя значение.
— Рэй…
Огненные вспышки под веками. Крик. Гортанный стон… Мой? Его? Какая разница. Дрожь в пальцах сплетенных рук. Мои ресницы, мокрые от слез.
И тишина, звенящая, пронзительная.
Вечность в тишине.
С чего начинается утро счастливого человека? С улыбки того, кто тебе дорог. Теперь я это точно знаю.
Проснуться на рассвете чуть раньше его. Вдохнуть знакомый запах, который окутывал тебя всю ночь, и замереть, боясь разбудить того, кто лежит рядом. Ловить его размеренное сонное дыхание и смотреть… На выразительные, чуть резковатые черты, на чувственный рот, которые с наслаждением целовала ночью, на тени под глазами — от длинных ресниц и немного от усталости. На суровую складку между бровей, которая так и не исчезла за ночь.