Неожиданно дверь со скрипом отворилась, и мое увлекательное занятие наглым образом было прервано. Да еще и кем!
На пороге стояла бывшая супруга моего мужа — худая женщина в джинсовом костюме, платиновая блондинка с прической «каре». У меня, кстати, прическа один в один, как у нее — Пал Саныч предпочитал такой типаж. Разъяренный вид Татьяны Олеговны ничего хорошего для меня не предвещал.
— Женила все-таки его на себе? — рявкнула она беспардонно.
— Мы! — я подчеркнула. — Мы с Пал Санычем решили пожениться.
— Ага, скажи еще, что ты любишь его, — протянула бесноватая баба. — Нашла себе дедушку, старого, дряблого, тьфу! Тебе тридцать лет — ему семьдесят! Позор!
Ну нет, я поставлю нахалку на место!
— Вы сами на пятнадцать лет его моложе, — напомнила я. Сердце заколотилось как бешеное. — Что-то же вы в нем нашли в свое время!
— Ты не сравнивай! Ему тогда было всего сорок, и я сына родила! У нас было все серьезно.
— Так и я сына могу родить! — Господи, зачем я связываюсь? Надо выгнать ее, и не вступать ни в какие споры.
— Ты? — губы Татьяны Олеговны насмешливо скривились. — Да ты же чайлдфри! И у него без «Виагры» небось не встанет. Да и цель твоя в другом — обобрать дедка по максимуму.
— В смысле «обобрать»? — парировала я. — Я сама из обеспеченной семьи, у меня и машина есть, и карьера в гору идет.
Женщина схватилась рукой за спинку стула. Ну хоть не садится, и то хорошо. Если повезет, то уйдет в скором времени.
— Ты знаешь, — продолжала она, — а я даже рада, что он на тебе женился. Ведь больше, чем так, он не смог бы себя опозорить. И то, что ты выжмешь его как лимон, а шкурки бросишь под ноги, я уверена. Пусть это будет его расплатой за то, что меня бросил, а потом еще и с работы уволил. Ты ведь в курсе, что я здесь проработала много лет, и тоже на руководящей должности?
— Вас никто не увольнял, вы просто вышли на пенсию!
— А вот и нет, мне до пенсии еще два года оставалось, а пришлось уйти в никуда. И знаешь, как ушел от меня всеми уважаемый Пал Саныч? Он унес все до последней ложки! Так что ты сейчас пользуешься тем, что я заработала! Ты спишь на простынях, которые я — я купила! Ты жрешь из моих сервизов! И главное, ты сына моего из собственного дома выгнала!
Это было уже слишком!
— Вон отсюда! — я подскочила со стула и указала ей на дверь.
— А я еще не все сказала! — ее лицо на глазах покрывалось красными пятнами, и даже голова пожилой женщины затряслась. Она судорожно продолжала сжимать спинку стула. — Почему после вашей свадьбы мой сын ушел из дома, ответь! Ему что, на ста квадратах места не хватило? Сейчас ты сына прогнала, а завтра Пал Саныча в могилу загонишь. И квартиркой завладеешь, да?