Минус 18% «активности»!
Так, прицелиться, не частить, стрелять одиночными. Они думают, что враг сосредоточен там, где Вика, и пятятся ко мне. Жаль, нет гранаты. И «Граммом» пользоваться нельзя, чтобы себя не выдать.
Еще выстрел — минус 15% «активности»!
Но я не обольщался, помня о таблетках исцеления, и как только «активность» босса опустилась до 30%, чистильщик принял таблетку, и она восстановилась до 85%. Он повернул голову, и я выстрелил ему в глаз. Судя по крику, попал. Зато выдал себя, и укрытие обстреляли.
У меня все таланты на откате, высовываться нельзя. Но есть козырь: бездушные! Я поймал в свои ментальные сети еще двух бездушных, амбала и щелкуна, и натравил на врага, который оказался дезориентированным и не понимал, что делать, почему бездушные их атакуют, а нас нет, и как такое возможно, что отступник — не человек.
Прошло секунд тридцать с начала столкновения, пока враг сообразил, что так дело не пойдет, и разделился на две группы. Обе принялись обходить целый броневик с флангов.
— Гасите босса! — скомандовал я, целясь ему в лицо и силясь выбить второй глаз, но «Фазовый взгляд» показывал не детали, а лишь тепловые сигнатуры.
— Я ранен, — холодно констатировал Тетыща. — Левое плечо. Продолжаю отстреливаться.
— Держись! — крикнул я, приказав бездушным скапливаться в засаде.
Поодиночке они не представляли серьезной опасности, но, если навалятся толпой, могут связать интервентов боем.
— Все в броневик, — скомандовал я. — Надо попасть под купол, врагов больше! Рискуем не справиться.
— Прикройте, я — за руль, — сказал Бергман.
Я открыл огонь. Из магнитного ружья выстрелил Кема — он спрятался где-то в зарослях. Наконец один араб-претендент упал. Его попытался поднять товарищ, но к тому моменту в засаде скопилось шесть зомбаков, я разделил их на тройки и натравил на две разделенные группы.
Пока налетчики воевали с бездушными, я переместился к «амфибии», увидел Кему и выпустил очередь прикрывающего огня. Броневик зарычал мотором. Я пролез в десантный отсек через верхний люк, только закрыл его, как снаружи грянул взрыв.
— Кема?
— Тут! — Ящер проявился в отсеке, поставил на пол Галю.
Он, выходит, спас питомца Тетыщи. Хотя свинья не пропала бы — где-то затихарилась бы, потом нашла хозяина.
Броневик крутнулся на месте. Я ничего не видел — окошек в десантном отсеке не было, а высовываться самоубийственно, потому приходилось опираться на то, что говорил Тетыща:
— Уезжаем. Враг не преследует.
— Тормози, — приказал я и кинул клич в общий чат:
— Внимание всем, кто способен держать оружие! Берите броневики, гранаты, автоматы и езжайте к нам. Главное — не забудьте наручники с блокировкой талантов. У нас тут прорыв: по голову Кемы пришли десять арабов. Мы от них оторвались, они нас не преследуют, зализывают раны. Надо завалить чистильщика, а рядовых взять в плен.