— Секса со мной? — удивился я, представил лицо Макса, перекошенное похотью, и передернул плечами.
Лиза рассмеялась.
— Да ну тебя! Захотят хранить тебе верность, как лидеру. Впрочем, насчет Виктории я не уверена, она тоже тебя хочет, причем как дикая кошка, это на поверхности. Но у нее обычное бабское — видит в тебе лидера, вот и… Ладно, верность людей, пусть даже благодаря системе, клану, поможет сглаживать конфликты, усиливать командный дух. Это не промывка мозгов, просто… настройка.
Я посмотрел на нее с сомнением.
— Разве это этично?
— А выживание этично? — парировала она. — Я просто помогу им увидеть друг в друге соратников, а не конкурентов. Поверь, после того, что я пережила у Папаши…
Она замолчала, и я не стал давить. Что бы там ни было, она явно не хотела об этом говорить. Пока не хотела. Я кивнул, соглашаясь с ее предложением, и мы разошлись.
Женщинам уступили диспетчерскую, мужики легли кто где. Я предпочел побыть в одиночестве и лег спать в джипе, загнав его в тенек и разложив кресло.
Поспать толком не удалось. Я ворочался, не в силах заснуть, да и сделать это при свете дня было непросто. Слишком много всего произошло. Битва с Папашей, смерть Карины, Маши, изгнание Тетыщи и Сергеича… В голове крутились лица погибших, их последние слова, взгляды. Хорошо, хоть дождь накрапывал, это успокаивало.
В стекло поскреблись, дверь приоткрылась, и в салон скользнула Лиза.
— Не спится? — прошептала она, занимая соседнее кресло.
— Думаю.
— Ты все сделал правильно, Ден. И с Тетыщей, и с Сергеичем. Это были единственно верные решения.
— Маша мертва из-за моего решения пощадить Бергмана.
— Маша мертва из-за своего решения защитить того, кого считала достойным защиты. — Лиза положила руку мне на грудь. — Хватит себя грызть. Лучше подумай о живых.
Ее рука скользнула ниже, и я перехватил ее запястье.
— Лиз, я не уверен, что это хорошая идея.
— А я уверена, — твердо сказала она и придвинулась ближе. Я почувствовал тепло ее тела. — Знаешь, что со мной делал Папаша? Запирал в клетке. Маленькой, тесной клетке, где нельзя было даже выпрямиться. Все ждал, когда я попрошусь стать его женщиной. Бзик у него был: важно было, чтобы я сама его захотела. А пока не захотела, он развлекался, но не так, как ты думаешь. Он просто смотрел. Часами смотрел, как я сижу скрюченная, и улыбался.
Я молчал, не зная, что сказать.
— А потом приходила Блессика и учила меня «правильному поведению». Электрошокером. Знаешь, сколько разрядов может выдержать человек, не теряя сознания? Я знаю. Точно.