Я пожал плечами:
— Да без проблем. Не буду попадаться ей даже на глаза, и все дела.
Сестра подошла сзади и взъерошила мне волосы:
— Какой же ты дурак, братик!
Служба безопасности России
— Все, он понял, что за ним следят. — Иван разочарованно стер картинку со своего стола-планшета.
— С чего ты взял? — Вера устало потянулась и с отвращением отбросила карты.
Листки пластика разлетелись по комнате. Девушка проводила их равнодушным взглядом.
Иван покосился на нее:
— Что? Не получается?
— Муть какая-то. Надо отдохнуть, смотреть уже не могу на карты.
Иван ухмыльнулся:
— Вот потому я и не люблю ваш подход к делу. Фигней маетесь, результаты низкие, а душевное здоровье ни к черту.
Вера даже возмущаться не стала — сил нет, да и привычно уже бухтит Иван, не цепляет.
— Возвращаясь к твоему вопросу. — Иван повернулся к своему столу-планшету. — На пять минут перестал идти поток информации из комнаты, где находился наш объект с сестрой. Практически сто процентов даю на то, что ему надо было поговорить с ней тет-а-тет. Значит, он знает, что под наблюдением. Нам надо менять тактику по отношению к нему.
— Может, он просто так, на всякий случай закрылся от прослушивания, не зная о слежении?
— Вероятность крайне мала. Первый намек был ночью, когда он затащил в ванную мать мальчика. А потом они переместились, то есть телепортировались. Явный и наглый намек на то, что понимает, что за ним следят, — именно там СУНИК не отслеживает ситуацию. Ну и сейчас вот. Потому и говорю, что надо тактику менять.
— Кстати, они собираются в Новосибирск полететь, детей выгулять. — Иван внимательно посмотрел на Веру, и она продолжила: — У меня неприятные предчувствия.
Иван задумчиво погладил лысину, а затем вывел на планшет информацию об остальных фигурантах дела.
Ник
Вскоре после разговора с сестрой спустилась Ксения, да и дети прибежали. Шум, гам! Я с улыбкой следил за тем, как дети наворачивают второй завтрак, что-то рассказывают, смеются. Ксения успела переодеться, и сейчас на ней были классические джинсы в обтяжку и клетчатая рубашка с подвернутыми рукавами. Образ очень приятный и сексуальный. Судя по слабым аурным следам, это одежда моего «дохтура». Видимо, воспользовалась гардеробом подруги. И все ей впору оказалось.
На намеки о «дохтуре» у меня уже меньше внутри «вахало». Даже не знаю, чем меня племяшка так зацепила, но это, конечно, не дело — так на нее облизываться. Наверное, это все-таки маска аль Ашхабади и аль Багдади виновата, хотя я и сам вполне адекватно оцениваю красоту женщин и мне действительно нравится и племяшка, и Ксения.