Ну так вот, с современным уровнем медицины нормальным считалось родить первого ребенка лет в пятьдесят. В этом возрасте современный человек сохранял свою биологическую активность на уровне двадцатилетнего. Посмотреть хоть на мою сестру — в свои восемьдесят с копейками выглядит вполне себе бодро и относительно молодо. Вмешательство в геном и в биологическую составляющую человека отодвинуло старость. Теоретически — лет на двести — двести пятьдесят. Но только теоретически, на основе моделирования и на основе биологических опытов над братьями нашими меньшими. Фактически еще никто столько не прожил — как раз после восстановления экономики эта технология и появилась. У меня возникло ощущение, что ее просто достали из сундука и применили. Интересно, что технология появилась почти одновременно во всем мире. Разные страны спорят, которая из них первой разработала и применила методику. Россия не отстает: тут считают, что именно они первые придумали.
Интересно, я вот тоже вроде как стал долгожителем. А на каком принципе моя «долгожительность» работает? Почему-то мне кажется, что не только из-за изменения в геноме. Вон и сестра при экспресс-анализе не обнаружила ничего лишнего, хотя и увидела вмешательство. Но учитывая, что в меню моего биокомпа я находил пункт по изменению организма вплоть до энергетического уровня, не все так просто. Брр… Почему-то меня сильно пугает эта возможность перехода в энергетический вариант существования. Дронт-то ведь во плоти ходил по земле! Значит, были причины.
В остальном мире, кстати, с контролем рождаемости по-разному. Где-то до шестидесяти лет запрещено рожать, где-то контроля вообще нет, кроме естественного природного, завязанного на количество пищи. Синтезаторы не везде есть, например, Новая Зеландия опустилась чуть не до уровня девятнадцатого века — и территория меньше стала, и природа хуже, ну и с внешним миром почти не контачит. В целом сильное разделение произошло по цивилизационным уровням существования.
Возвращаясь к Ксении. Никуда ее не отпустили, напоили гномьим самогоном, крепость которого она, кажется, и не заметила, будучи на нервах. А может, это ее УНИК сработал. Потом мне пришла мысль: «Что это он на нервы ей успокоительного не кинул?» Хотя она могла запретить, дескать, не успокаивай меня! Бывает. Постелили ей в комнате «дохтура», рядом с моей спальней.
Кстати, никакого Союза Федеративных Коммунистических Республик не существовало. Ни я такого не помнил, ни Николай в местной сети не нашел, хотя и пообещал порыться в закрытой для посторонних служебной базе. Об этом я позже подумаю, есть у меня на этот счет определенные мысли.