— Нет. Разве что квартиру побольше нашел бы потом, на набережной, например. А может, и на бульваре, мне там тоже нравится.
— А зачем тебе больше?
— Тебе не понравится объяснение.
— Ну и что? Все равно объясни.
— Я бы себе отдельную мастерскую там завел, поставил бы пресс для патронов, оружейный шкаф и все такое прочее.
— Скучно, действительно. А ты маньяк.
— Я увлеченный человек, у меня есть хобби. И у тебя будет, раз уж ты со мной связалась.
— Нет, я на пляж. Если только изредка.
— Ты что, сюда только ради пляжа перебралась?
— Не только, но… я в Линце жила, помнишь? Там нет пляжей. Отчасти вербовщик этим меня и заманил, показывал много фото. Показывала, если точнее.
— Не могу представить, чтобы я поверил человеку, который вдруг начал агитировать меня перебраться в другой мир. Или послал бы его подальше или даже не знаю. Они что, ко всем подходят?
— Нет, как-то выбирают, — покачала она головой. — Меня сдал психоаналитик, я думаю. Я жаловалась на скуку и пустоту жизни.
— А что теперь психоаналитики говорят?
— Я про них забыла после переезда. Здесь это невостребованная профессия.
Мы просидели на скамейке еще час, наверное, слегка покачиваясь, причем совершенно машинально. Как та замирала, кто-то из нас тут же толкался ногой, и качели работали снова. Вообще какой-то заразный процесс, просто не получается сидеть спокойно. Несколько раз я оглядывал окрестности в бинокль, заодно проверяя ветер, часто смотрел в планшет, что там камера показывает. Но все было тихо. Совсем вдалеке пробежало стадо антилоп, явно сорвавшихся с места от какой-то опасности, подняв за собой прозрачное облако пыли.
— Может, нам из антилопы барбекю устроить?
— Купить проще, все равно все не съедим, — зевнув, ответила Анита.
Шнурок развязался. Странно. Я их в три витка затягиваю, никогда не развязываются, а тут на тебе. Нагнулся, чтобы завязать, и тут же услышал удар в стену за спиной, сильный, словно молотком. И будто волна горячего ветра шевельнула мне волосы на затылке.
— Ложись! — Я буквально сдернул Аниту со скамейки одновременно со звуком донесшегося выстрела. — В дом, быстро!
Не знаю, собиралась ли она сопротивляться или нет, но я тащил ее с такой силой, что даже не заметил бы этого. Второй удар раздался через несколько секунд, пуля пробила стену возле самой двери, а когда звук до нас долетел, мы уже скрылись в доме.
— Ниже! За диван давай! Быстро, быстро! — и просто свалил ее туда, как защитник из регби прорвавшегося форварда.
Третья пуля пробила стекло и ударила в камин, выбив искры из камня и брызнув каменной крошкой. Какой-то серьезный калибр, как бы даже не пятидесятый.