— Пошли? — Я открыл свою дверь.
— Пошли.
В оружейном было прохладно, а еще он был мало похож на те магазины, в которых я был раньше. Точнее, он больше напоминал распродажу военного «сюрпласа» где-нибудь в Америке, только ассортимент выглядел посерьезней, потому что шел сюда явно с каких-то военных складов. Или заводов, но тоже военных. Ящики у стен, деревянные пирамиды, в которых рядами автоматы и винтовки, пистолеты просто разложены в прилавке и не так чтобы прямо обширный выбор… зато вон пулеметы стоят, я самый натуральный «ПКМ» вижу, и еще всякого до черта… хм… Тут, похоже, с этим и вправду свободно. Полностью.
Пожилой дядек с пузом и седой бородой лопатой, одетый в камуфляжные штаны и опасно натянувшуюся на пивном пузе майку, подошел к нам, спросил на английском, но, похоже, с немецким или каким-то таким акцентом:
— Что ищете, ребята? На пособие что-то взять хотите, или деньги есть? Если что, то у нас дешевле, чем дальше по дороге, сразу говорю.
— Цены написаны? Ага, вижу, — кивнул я. — Пока сами глянем.
— Без проблем. Вот там все дешевле и оттуда сюда все дорожает. — Он провел рукой вдоль стены. — Мой совет — ищите что-то подлинней для начала, тут расстояния серьезные и хищники крупные.
— Ага… «калаши» чьи?
— Там румынские, самые дешевые, «юго» разные, тут Польша, там вон Болгария, самые дорогие. Тот угол, — он ткнул пальцем, — военный секонд-хенд, но все после ремонта, зря люди боятся. Пулеметы тут.
— А пулеметы тоже нужны? — заинтересовался Слава.
— Кому как, — пожал плечами бородатый. — Тут ведь кто что от жизни ищет.
Ты смотри, прямо Конфуций. Некоторые, думаю, и доискиваются.
— Слав, нам туда, — сказал я и направился в «дешевый угол».
Сначала направился к пирамиде с «калашами» разной длины, заранее скроив скептическую мину. Слава шел следом молча, потому что как-то на прогулке меня прорвало порассуждать на оружейные темы после того, как он описал мне свой конфискованный домашний арсенал, и с тех пор он находится под впечатлением от открывшейся ему бездны знаний. Его тогда очень разочаровала новость о том, что если бы он отстреливался из дробовика пулями, он все равно не пробил бы бронежилетов вломившейся в его дом полиции.
Я вытащил из пирамиды почти классический с виду «АКМ», только со складным прикладом из гнутого прутка, наклонил, дав поймать свет из окна, матюкнулся.
— Чего?
— Румынцы, млин. Как Николай лично делал, чтобы в банк заложить. Смотри, тут заклепки передавлены, а на этом, — я взял второй, — эта передавлена, а эта наоборот. Видишь? — Я скинул крышку, вытащил пружину с затворной рамой, заглянул в патронник. — Качество видал? Напильником, что ли, фрезеруют… И все в фанере до сих пор. — Я постучал по газоотводу. — Этот под пять — сорок пять, а все равно наклон под сорок пять, хотя все давно девяносто делают.