Здрасьте, я ваш папа — Лина Филимонова

Я была не очень-то приветливой. Я была зла и напугана одновременно! И ошарашена его внезапным появлением. 

А он… чуть ли не шлюхой меня назвал… Как он мог такое обо мне подумать? 

И эта его странная фраза: «Это все меняет…» Я не поняла, что он имел в виду. И не спросила — потому что была не в себе. 

Вообще ничего не соображала!

Я попросила его уйти… и он ушел. Даже не попытался возражать. 

Да, я сама его выгнала, но блин… 

Да нет, правильно, что ушел. Мне нужно было остаться с Дашей вдвоем и спокойно поговорить. 

Но…

У меня такой сумбур в голове! Я не знаю, что думать. Не знаю, о чем конкретно сожалеть и за что себя ругать. Я даже толком не понимаю, что сейчас чувствую. 

Узнаю завтра. 

Завтра мы встретимся и… по его поведению я все пойму. 

Может, он вообще убежит от меня, сверкая пятками. 

Может, и убежал бы. Но у нас совместный проект. Что, жалеешь что все это затеял, Андрей Сергеевич? 

 

* * * 

 

Вчера я почти убедила себя, что Андрей даст задний ход. Слишком уж растерянным и испуганным он выглядел после встречи с моей воинствующей принцессой. 

Ну и ладно! Ну и не надо нам никаких Андреев. Нам с дочкой и вдвоем хорошо. Лучше всех! 

Развлеклась немного — и хватит. К тому же мне это все немного наскучило…

Так я уговаривала себя, спускаясь с Дашей в лифте. А дочка как будто забыла о вчерашнем инциденте, все разговоры только о том, как она покажет всем в садике свои новые туфельки. 

 

Мы выходим из подъезда, я ищу глазами свою машину… а нахожу Андрея. Он стоит возле капота с яркой коробкой в руках. 

Мое сердце пускается вскачь. Он пришел… Он не испугался. 

— Привет! 

Андрей улыбается и идет нам навстречу. Я сдерживаю порыв броситься к нему в объятия. Здесь Даша, нельзя… 

— Привет! — говорю я. 

И опускаю взгляд на дочку. 

Она насупилась и смотрит исподлобья. 

Андрей вручает ей коробку. Я вижу, что это развивающий конструктор. 

— Доброе утро, принцесса! Я принес тебе подарок. 

— Скажи “спасибо”, — подсказываю я.  

— Не скажу! — выдает эта мелкая вредина. 

И убирает руки за спину. 

Андрей, растерянный и недоумевающий, стоит, вертит в руках коробку. По всему видно, что он чувствует себя очень глупо. 

Блин… Ну что за дурацкие капризы? Я сержусь на дочку, но, конечно, не показываю этого. 

А она выпаливает: 

— Нельзя ничего брать у незнакомых плохих дядей! 

И смотрит на меня с довольным видом. А на Андрея — с видом победительницы. Уделала дядю…

И как мне себя вести в этой ситуации?  

Вот малолетняя интриганка! Я уверена, если бы Андрей принес ей тушь для ресниц или помаду, она бы не объявила его плохим дядей. А эти конструкторы она терпеть не может.