Город-призрак! Самый настоящий гребаный город-призрак. И как нас вообще угораздило оказаться тут⁈ Вопрос хороший, но крайне несвоевременный. Мы уже тут, и вернуться не можем, а значит только вперед. И радости от этого ни я, ни Чесити не испытывали.
Помимо мрака тут ещё клубился туман, и как ни странно, он даже помогал, а не мешал. Из-за него свет моего факела становился более рассеянным и освещал чуть большее пространство. Но окружающая обстановка от этого дружелюбнее не становилась.
Покосившиеся ветхие домики попадались на глаза то тут, то там. По большей части постройки были каменные, с обвалившимися крышами.
— Там, кажется, какая-то табличка, — обратила внимание девушка, указывая на полусгнившую, почерневшую от времени табличку с нацарапанным на ней словом. Пришлось постараться, чтобы прочитать написанное.
— Холь-ка-рим, — прочитал я. — Наверное, это название города.
В следующий миг после произнесенного названия буквы на табличке неожиданно вспыхнули синим пламенем, заставив нас с девушкой отскочить и удивленно уставиться на сие диво. Ещё через секунду синим огнем вспыхнул и ближайший к нам фонарный столб, а затем и остальные, освещая улицу жутковатым синим светом.
— Мастер, вы это зря…
— Ага, вини во всем меня, Мелкая, — фыркнул я.
Жутью пахнуло уж очень сильно. А вскоре из ближайшего дома вышел мужчина, потянулся, что-то пробурчав, вышел на улицу и поплелся по каким-то своим делам, оставив нас с Чесити застывшими в оцепенении.
— Мастер…
— Т-с-с-с-с-с! Не дышим….
Он был призраком! Самым настоящим призраком! Полупрозрачный, едва заметно фосфорисцирующий тем самым синим светом, что табличка и факелы.
На наших глазах это проклятое место преображалось, наполнялось жизнью, неправильной, но жизнью! Появилась призрачная трава и деревья. Разрушенные крыши и развалившиеся от времени заборчики восстановились, пусть и были полупрозрачными, как и все остальное.
Но одними лишь вещами все не ограничилось. Призраков стало появляться все больше и больше. Вот в десятке метров от нас появился скрюченный дед, который что-то объяснял девочке лет пяти. Та смеялась, отвечая ему своим тонким голосочком. Город наполнялся пением птиц, шуршанием травы, но все равно оставался неправильным.
Мы почти минуту стояли, не шевелясь и наблюдая за творящимися изменениями, пока буквально в метре от меня не появилась полная девушка с кучей веснушек, как ни в чем не бывало прошедшая прямо через меня. Меня при этом обдало потусторонним холодом, пробирающим до самых пят. Казалось, нечто темное и холодное коснулось моей души в тот миг, но очень быстро потеряло к этому интерес.