Из одежды на мне были только бинты, которые ни в коем разе не скрывали ни одной части моего тела. Хотелось плюнуть в это слишком красивое и привлекательное отражение. Такую красавицу обнимать надо а не являться ей!
Одежда моя представляла из себя довольно жалкое зрелище. Нет, носить все еще можно, но эти дырки, разрывы и прочее заделывать мало какой партнер решится. Видимо,я нихрена тогда не почувствовал то ли за счет адреналина, то ли из-за арги.
Рука метнулась к груди, где резко кольнуло и наткнулась на левую грудь. Теперь сердце хрен прощупаешь, ну что за наказание! Я сейчас слишком раздражен чтобы даже делать вид,что мне это тело нравится.
Ладно уж, надел то, что было и вышел. Бедный парень был покрасневшим до ушей, походу, подглядывал. Если бы знал — сделал бы позу покруче, пусть насладился бы. А то наверняка у них есть хрень по типу обета безбрачия. Или я с какой-то другой церковью путаю?
В общем меня вели узкими каменными коридорами, но при этом высоченными. Стоило запрокинуть голову как ощущаешь себя малышом по сравнению с окружающей монументальностью. И пахло эдакой древностью веков несмотря на то что город совсем новый. Наверное сюда нужно было переться за запретными знаниями, да только на тот момент я сильно не планировал покидать Марию.
Черт, интересно, что она сейчас думает? Сообщили ли ей о моих неприятностях? Прокоптил ли ей мозги Иоанн или все это время просидел в местной ментовке? Как же хреново ничего не знать и иметь в распоряжении парня, который краснеет стоит только ему взглянуть в мою сторону. Я понял уже что к, сожалению, красивый, хватит уже а то я тебе нос разобью несмотря на то, что вы явно меня здесь подлечили.
Парень открыл передо мной очередную из кучи одинаковых дверей, где и обнаружился Казимир. Он выглядел как павший, но не побежденный гигант. И рядом с ним сидела Анна. Вот уж не ожидала.
— Эм-м-м. А ты кто? Неужели врач для моего брата? — сказала она то ли автоматически, то ли действительно совсем не узнала меня. Так что пришлось, закрывая дверь, сказать фразу, которая в этих условиях установила еще большую неловкость.
— Я твой брат, Ань. Ну или сестра, я же тебе уже показывалась? — решил я не делать очень плохую шутку про ее приемность. Потому что девушка не только бы не поняла, но еще бы и обиделась.
Глаза девушки, как и ее голова обеспокоенно забегали от Казимира до меня, от меня до Казимира и было видно, что девушка вот вот схватит перегруз, ведь ее мозги явно не могли выйти из этого состояния.
Так что подошел и обнял. От такого девушка расплакалась, причитая о том, что все это время думала что ее братик вернулся к своему старому виду и пришел за ней. Ну ладно, спасибо, что не стала настаивать на том, что вот лежит ее брат а я так, черте что. Но главного вопроса это не сняло.