Ладно, гулять так гулять. Я и так сегодня всю свою предосторожность просрал. Я же даже на дуэли фиолетовой аргой не пользовался даже незаметно! Но ладно, тренировки сейчас вновь окупятся. Ведь ты же выйдешь из меня, тварь, что возле сердца засела?
Она же, будто хихикнув, ответила на мой зов, да только своевольно — вырвалась из пальца совсем не тем углом и прожгла замочную скважину в аргалитовой двери… Похоже, кто бы ее не делал, его брак только что сделал нашу жизнь лучше.
Она была настолько массивна, что лишившись поддержки, открылась с помощью собственного веса. И взглянув туда оставалось только выматериться. Ведь напуганная Анна была скована по рукам и ногам кристаллами Арги. Подсоединенных к сидящему рядом человеку. Одному из братьев Марии. Иоанну…
Послышались негромкие аплодисменты от него. А я понял кое-что. Мы в дерьме.
Узловая точка
Снаружи мира, в изолированной комнате, последнем остатке иного мира сидело двое. Казимир,что когда-то согласился перезапустить мир и стал его пленником, очень нервозно смотрел на сложившуюся ситуацию, а девушка спокойно пила чай, который являлся лишь иллюзией — здесь не могло быть ничего настоящего.
Сверкающая местами седина на его голове казалось, распространялась сейчас дальше в реальном времени. Потому что ситуация была дрянь. Их пешка, которая так хорошо шла все это время уперлась в высоченную скалу, которую просто так не перепрыгнуть, если это вообще возможно.
— Перезапускай! Не дадим поехать сюда. Не знаю что случится с Анной, но мы еще сможем сделать из этого нормальный конец, ведь так?
— Милый мой. — Проговорила девушка с провалами вместо глаз. — Ты правда думаешь что я тебе позволю не спасать меня? К тому же, мы подошли к пределу. Мы так часто перезаписывали твою личность, что подобрались к пределу. Еще разок и в Казимира вселится овощ. Я-то не против, это значит что у нас вечность впереди!
— Ты говорила, что количество попыток бесконечно! Снова всплывают какие-то новые условности? Как тогда когда я оказался здесь? — Немного рассвирепел полуседой Казимир.
— Разумеется оно бесконечно. Да только твоя душа — нет. Она почти пустая. Так, разрозненные воспоминания о себе. Спроси его о своем детстве и он сможет вспомнить только обрывки памяти тела, в котором сидит. Я очень довольна, что довела пешку до этого момента именно в этом состоянии. Почувствуешь малую толику моего отчаяния.
Девушка встала со стула и элегантно, совершенно не показывая что отсутствие зрения ей хоть как-то мешает, подошла к мужчине сзади и обняла его с огромной любовью, наслаждаясь отчаянием человека, что не может просто взять и умереть из-за нее.