Сенатор также дал понять, что готов всемерно поспособствовать добыче полезных ископаемых на арендованных мной землях. У него было что-то вроде концессии с еще одним уважаемым господином из верхней палаты парламента — тот на золотодобыче съел всех собак, и, как говорили, не только их. Его структуры занимались жёлтым металлом давно, успешно и эффективно. Я вкинул вариант с субарендой, мол, мы предоставляем земли и недра, а предприятия концессионеров строят школы, мосты, дороги и вообще всячески способствуют развитию района. Павел Иванович задумался и обещал «обсудить и проговорить». На лорда стало аж больно смотреть — так он светился.
К вечеру сенатор, попрощавшись с нами если не по-дружески, то уж точно без негатива, улетел в Якутск. Костя улетел с ним, взяв, конечно, Долана и Чумпу, и стребовав бесповоротную клятву, что завтра до вылета в Москву обедаем у них в «Шатуне». Вечеряли мы расширенным составом, с семьей Васи, Степаном и Зинаидой Александровной. Дочка Молчуна не слезала с колен бабушки, раскрыв рот слушая какие-то местные сказания и играя бусами, что та ей подарила.
Тёма сперва насмешливо смотрел, как я неловко пытался делать вид, что не понимаю намеков Светланы, хотя та, кажется, была готова перестать намекать и перейти в массированное наступление прямо за столом. А потом нашептал на ухо Самвелу, тот хмыкнул и ушел куда-то. Заиграла музыка, и Головин пригласил нотариуса на медленный танец. Вот это я понимаю — служба охраны! Не щадит себя, горит на работе, телом закрывает вверенный объект!
Вечером я снова стоял на крыльце, глядя в темноту. Рядом были неизменный Леха, Серега и Вася-Молчун. Я пробовал представить, что могло ждать меня дальше. Интерес двух спецслужб, о котором недвусмысленно поведал Артем, пугал. Обязательства перед этим посёлком и этими людьми тревожили, хоть и выглядели пока вполне решаемыми, да ещё и с ожидаемым приличным профитом. Получение лицензии на добычу на своей земле, в волшебной пещере Откурая, казалось невозможным. Задача пристроить две тонны золота на этом фоне теперь вообще не воспринималась как проблема, так — милые мелочи. Скажи кому, как месяц назад я занимал деньги по друзьям.
На следующий день в Якутске, как и было обещано, обедали в «Тор хоннообут э-э». Во Франции, говорят, есть кафешантан. Тут было кафе «Шатун». Нас накормили от души, приглашали на охоту и рыбалку. Неуёмный Головин, чья довольная рожа сияла начищенным самоваром с тех самых пор, как утром он проводил из комнаты растрёпанную госпожу Главу района, тут же включился в разговор, нашёл каких-то общих знакомых и, кажется, договорился о нескольких турах для следующих незабываемых путешественников. Мы с Аркадием обменялись ножами — оказывается, у него была приличная коллекция холодного оружия, и, прознав про историю с медведем-людоедом, он загорелся заполучить в неё мой. Отдарился классной финкой с идеальным балансом и характерной наборной рукоятью.