— Вы меня так держите, как будто я величайший герой, хотя на самом деле я просто чуть не умер, — усмехнулся тот.
Я промолчала. Для меня он вполне себе был героем…
В доме Цалиона оставили на моем попечении. Генерал снова решил куда-то отправиться, поэтому, если не считать слуг, мы с оборотнем остались наедине. Мне пришлось тащить его по лестнице на второй этаж в одиночестве. Но, справедливости ради, моему товарищу по несчастью потихоньку становилось лучше, и он уже не висел на мне мертвым грузом, а старался двигательно и самостоятельно.
Я планировала дотащить молодого человека до кровати и оставить отсыпаться. Но Цалион перехватил мою ладонь.
— Побудь со мной.
Эти нереальные зеленые глаза что-то со мной делали. Я не могла сопротивляться ни мягкому, просящему тону, ни этому теплому взгляду. Возразить не получилось, и я присела на кровать.
Правда, чего я точно не ожидала, так это того, что Цалион ляжет поперек кровати и положит голову мне на колени.
— Погладишь ещё? — с легким намеком на привычные ехидство и вызов в голосе спросил он, довольно по-кошачьи щурясь.
Разве можно устоять перед этим искушением? Я и сама наслаждалась. Тем, как мягко темные пряди скользят между моими пальцами. Тем, как довольно мурчал дорвавшийся до ласки кот. Тем, как расслабляются черты лица Цалиона, когда он засыпает. И тем, как я словно мимолетом касаюсь теплой кожи.
Очень хотелось его поцеловать. Но, наверное, это будет слишком… да и разбужу. Я ограничилась лишь поглаживаниями и сама не заметила, как тоже уснула.
Обычно, если я засыпала днем, то после пробуждения была злой и раздраженной мегерой. Может быть, я была бы такой же и в этот раз, но меня отвлекло совершенно восхитительное зрелище, из-за которого я забыла обо всем.
Цалион проснулся. Не знаю уж, насколько это была хорошая идея для его здоровья, но он тренировался. Упершись кулаками в пол, он медленно сгибал и разгибал локти, то опуская выпрямленное тело ближе к полу, то поднимаясь обратно.
У меня от этого зрелища пересохло в горле. Потому что этот несносный оборотень вновь щеголял передо мной обнаженным торсом, а кожа блестела от пота. Он дышал тяжело, но размеренно. А я представляла его немного в другом деле… И желание вновь стянуло болезненным узлом всё мое тело.
— Цалион…
Голос выдавал меня с головой. Слишком хриплый, севший от возбуждения. Не понять, о чем я думаю, было невозможно.
Я не знала, о чем хотела попросить. Но Цал, услышав меня, остановился и вскинул голову, изучая меня взглядом. Я чувствовала, что у меня горят щеки, что покалывает в предвкушении губы. Слишком темный и откровенный это был взгляд. Он знал, чего я хочу, и готова спорить…