— Насколько мы отстаем? Хотя бы примерно? И сколько умертвий в этой толпе?
Нильс с независимым видом пожал плечами, наконец забыв о пожаре за спиной.
— Трудно точно сказать, судя по продолжавшим гореть факелам на воротах и во дворе трактира, думаю нападение произошло в начале ночи или поздним вечером, так что часов шесть у них есть. Что касается количества мертвяков, то думаю их не меньше полутора десятков, если судить по оставленным следам.
— Полтора десятка, — задумчиво проронил я. — Мертвитель не мог их сразу превратить в сильных монстров, для этого требуется время. Значит у нас есть шанс.
— К тому же они двигаются не слишком быстро, — указал Нильс. — След очень уж характерный, так идут шаркающей походкой. Если не прибавят в скорости, то к утру должны догнать.
Я кивнул.
— Хорошо, тогда ходу.
Мы не сговариваясь пришпорили лошадей и под звёздным полотном ночного неба устремились в погоню.
19.
Человек ленивое существо, инертное по своей сути, идет туда, куда идут все. При этом это весьма эгоистичное существо, не станет шевелить пальцем, если этого не потребуют экстренные обстоятельства, возникшие прямо здесь и прямо сейчас.
Абстрактная угроза совершенно не воспринимается, считается чем-то далеким, несущественным, даже если вдруг появляются обстоятельства ее чрезвычайной серьезности. Но даже тогда основная масса продолжает ждать, что проблему решат за нее и совершенно не собирается добровольно куда-то отправляться и что-то делать, искренне считая, что это не их дело, невзирая на то, что опасность касается всех.
Такова людская натура и от этого никуда не деться. «Своя хата с краю» — появилась не просто так, поговорка великолепно отражает суть человеческой природы, которая всеми силами противиться любым попыткам привлечь к чему-то, заставить делать что-то, да еще при этом без осязаемого вознаграждения, лишь со смутной благодарностью, которой можно вообще не дождаться.
И нельзя за это винить. Кто бросит все и пойдет противостоять неведомой угрозе, если последняя не подступила к порогу дома? И неважно, что со временем это совершенно точно случится, ведь здесь и сейчас все нормально, а значит можно расслабиться и ничего не предпринимать.
Такова сущность большинства, лишь единицы способны отправиться в путь ради общественного блага, спасая от угрозы, которой пока нет. Но даже эти единицы воспринимаются основной массой, как странные безумцы, кому просто него делать.
Большая часть покрутит пальцем у виска и продолжит заниматься своими делами, пока не станет слишком поздно. И вот тогда начнутся крики: спасите нас, помогите, вы обязаны это сделать!