— Рассказывай, — предлагает мне Змей, вздыхая. — Чего надумала?
— Ну, кроме того, что всё это напоминает фильм сравнительной художественной ценности? — интересуюсь я в ответ.
— Кроме, — кивает он. — Потому как до такого класса виртуализации человечество пока не дошло.
— Ого, какие ты слова знаешь! — улыбаюсь я.
Правда, тут он прав, насколько нам этот момент известен. Только вот ведь в чём дело — нам может быть известно далеко не всё. Змей, конечно, и сам это понимает, так что жевать этот вопрос не буду. А вот по делу… Молча лезу в рюкзак за спутниковым телефоном — он ещё и позицию более-менее точно показывает, так что сначала нужно определиться на местности. Открываю я аппарат, даю ему некоторое время на поиск спутников и наблюдаю вполне ожидаемую картину.
— И как успехи? — интересуется проигнорировавший мою тираду Змей.
— Ну, два варианта, — получив такое подтверждение своим мыслям, я немного ошарашена. — Или кто-то сумел заглушить сигнал спутников, или мы не на Земле. Тебе что больше нравится?
Из ответа командира группы можно сделать вывод, что не нравятся ему оба варианта. Я его понимаю, ибо кто может так заглушить спутники и, главное, чем, что военный терминал совсем не ловит, — непонятно, а так и индикатор готовности к связи, и спутники местоположения, причём все… А они, между прочим, очень разные. Поэтому предполагаем вариант «не на Земле». Уничтожить орбитальную группировку можно только во время войны, очень уж их там много… Кстати, о «много». У меня же и терминал есть!
— Думаешь, орбитальная группировка пострадала? — с интересом спрашивает меня Серёжа.
— Ну, или их всех посбивали… — задумчиво отвечаю я, наблюдая нули на терминале. — Потому что так заглушить все сигналы, с учётом того, что рации работают… Я таких способов не знаю.
— Я тоже не знаю, — признаётся Змей. — Так что ставь задачу.
— Да, такое не придумаешь, — соглашается с ним Серёжа. — Коллективных галлюцинаций не бывает, это я тебе как врач говорю.
А он прав, кстати. Такое и я тоже слышала, поэтому, рассуждая логически, мы попали в фантастику и не более того. Ну, тоже вариант, где только не бывала военная разведка. Так что нужно рассказать ребятам то, что пока знаем только мы со Змеем, раз уж вариантов совсем нет.
— Значит, так, — я вздыхаю, потому что дичь же несусветная. — Осенью сорок первого здесь за каким-то надом шёл поезд с детьми. Его разбомбили сами понимаете кто. Но вот когда пострадавших вынимали для оказания помощи, появилась танковая рота, неизвестно откуда, кстати. И так же неизвестно куда исчезла вместе с частью детей ими не убитых. Поэтому есть мнение, что мы можем встретиться сами знаете с кем, и если так — бить надо будет без вариантов, бундесам тут взяться неоткуда.