— Так ты скажешь мне, что за спектакль вы устроили с этим турниром?
— Зачем тебе это, Кен? — недовольно поморщилась Драгана. — В конце концов, это педагогический процесс, а ты сам, так сказать, объект этого процесса.
— Турнир прошёл, так что я уже не объект, — напомнил я. — Если я что-то узнаю, никакого ущерба педагогическому процессу не будет. Зачем там было столько Высших?
— Да это вас вообще не касалось, — махнула рукой Драгана. — Тебе это неинтересно.
— А, понял, — догадался я. — Встреча с оппозицией на нейтральной территории под благовидным предлогом. Все просто заинтересовались студенческим турниром, приехали, и вдруг такая неожиданная встреча. Ну заодно и поговорили, раз уж случайно встретились.
— Сам же всё понимаешь, — фыркнула Драгана, — и зачем спрашиваешь?
— Договорились? — полюбопытствовал я.
— Договоримся, — махнула она рукой. — На самом деле у нас довольно дружное сообщество, такие непримиримые как Киса, большая редкость. То, что лично у меня с ней были плохие отношения — это ерунда. Это много лет ничему не мешало, и дальше бы не мешало. Но у неё были к тому же большие претензии к Яромиру, и когда она связалась с Воиславом, других вариантов уже не оставалось, это стало государственным вопросом. А без Кисы нам делить особо нечего. Я даже с Максаковой налажу нормальные отношения. Подружиться мы с Анной не подружимся, конечно, но и враждовать тоже не будем.
— Рад это слышать, — произнёс я вполне искренне, эта свара меня и в самом деле тревожила. — Хотя ты права, это и впрямь меня мало касается. Но вот турнир мне покоя не даёт. Гана, вы же затратили на него огромные деньги. Стоимость полного курса обучения по расценкам Академиума — это немало даже для Круга. И ради чего? Чтобы провести дурацкие игры на свежем воздухе?
Драгана патетически закатила глаза к небу, но потом решила, что я всё равно не отвяжусь, и проще будет объяснить.
— Надеюсь, ты понимаешь, что это секретная информация?
— Что тут не понять? Можешь об этом даже не упоминать, я в любом случае никому ничего не передам.
— Ты прав в том, Кен, что сам по себе результат турнира третьекурсников нас мало интересует. К третьему курсу мы выявляем студентов, которые могут представить для нас интерес, и турнир именно под этих студентов и устраивается — таким образом, чтобы выявить что-то, что нас заинтересовало.
— И что может показать, например, навязывание старшекурсников?
— Очень многое, Кен, очень многое. Кто отказался и почему. Кто согласился и почему. Кто и как сумел с этими старшекурсниками справиться. Например, Анета Тирина очень решительно отказалась иметь дело со старшекурсниками — настолько, что даже предпочла выйти из своей команды и перейти к тебе в качестве приглашённого участника. Это говорит о хорошо развитой интуиции, и Алина была очень ею довольна. Ты ведь понимаешь, останься она в своей команде, после такого позорного провала она могла бы и статуса наследницы лишиться. Родам такие наследницы не нужны, и те девочки сейчас окончательно потеряли шанс стать наследницами. Впрочем, он у них и так был очень небольшим.