— Где-то в центре, полагаю. Раз преподы разместили все команды по краю леса, то вряд ли приз где-то на краю. Непонятно только, что это за штука в центре леса нарисована.
Я развернул карту, и команда тоже зашелестела своими экземплярами. Карта была невероятно примитивной, как будто её рисовал ребёнок, но конфигурацию леса более или менее показывала. В центре леса было нарисовано что-то вроде кургана с дыркой сбоку.
— Курган, наверное, — неуверенно предположила Анета.
— Откуда у нас курганы?
— У нас их много на самом деле, — вместо Анеты ответила Смеляна. — Рядом с нашей деревней тоже старый курган есть. Рассказывают, что в усобицу кто-то из князей нанял целый половецкий род вместе с ихним ханом, а потом хана в бою убили и половцы сделали курган. Может, и врут, но я так слышала. У нас мальчишки туда на спор лазят, но там всё давно разграблено, только старые кости лежат.
— Да как в наших болотах может что-то сохраниться? Там же погребальная камера давно должна землёй заплыть.
— Странно это слышать от урождённого Ренского, — с иронией заметила Анета. — Кеннер, твои родичи могут сделать подземелье хоть в жидкой грязи, и оно просуществует тысячи лет.
— Хм, ну, может быть, — с сомнением сказал я. — Неважно. Чем бы эта штука в центре леса ни была, приз где-то рядом с ней. А скорее всего, прямо внутри. Чтобы тот, кто туда лезет за призом, оказывался бы в ловушке — Генрих такую замечательную подлянку ни за что не пропустит. В общем, не спеша двигаемся к центру и внимательно следим за окружением.
Мы осторожно передвигались по лесу, избегая открытых мест. Лес был не особо густым, но разросшийся кустарник ограничивал видимость буквально до нескольких саженей. Команда напряжённо вглядывалась и вслушивалась, однако вокруг всё было тихо. На самом-то деле вглядываться и вслушиваться было совсем необязательно — при такой ограниченной видимости гораздо надёжнее работала наша с Ленкой эмпатия, но мы предпочли об этом не сообщать. Ничего хорошего из этого не вышло бы — все сразу бы расслабились, начали гулять, как по бульвару, и дело, скорее всего, закончилось бы плохо.
Лес был совершенно мирным. Пели птицы, иногда я замечал каких-то мелких зверюшек, вроде бурундуков или мышей. В эмоциональном поле всё также было спокойно, и постепенно у нас начало создаваться впечатление, что в лесу мы одни.
— Что-то здесь не то, Кени, — вполголоса поделилась со мной Ленка.
— Мне тоже это кажется странным, — согласно кивнул я. — Насколько я понял замысел преподов, мы все должны сойтись к этому якобы кургану и начать там рубиться. Но если так, то мы к этому моменту должны были уже почувствовать хоть кого-то.