Когда подготовительная работа чародеев была завершена, скорее всего со стороны это выглядело даже несколько внушительно. Вокруг меня в форме круга собрались восемь оставшихся в живых магов. Естественно, что ротные и интенданты не имели ни малейшего желания участвовать в этом сомнительном эксперименте. Но и запрещать тратить ману своим подчинённым они не стали, но тут скорее в отсутствии командиров полков эти трусы не рискнули злить меня. Тот же лейтенант Малихов сделал вид, что это его словно бы совершенно не касается.
Сказать по правде, я и сам не верил, что это возможно. С другой стороны, в меня собирались влить свой резерв маны восемь волшебников, практически одновременно. Это действительно может исправить в организме дефект, который обычной регенерации не под силу излечить и за несколько лет. Поначалу у меня было небольшое опасение по поводу внезапной атаки, но маги расположились довольно близко ко мне, таким образом, что могли задеть атакующей волшбой и друг друга. Да и тот же огненный шар убил бы вообще всех собравшихся, включая любопытных зрителей поблизости. Так что на этот счёт мои опасения, скорее всего, были слегка преувеличены. И чувство опасности, к тому же, молчало.
Когда волшебники начали произносить первые заклинания, я почувствовал невероятно сильный поток лечебной энергии, который не испытывал ни разу в своей жизни. Казалось, тело начало светиться изнутри. А маги всё продолжали накладывать заклинания лечения одно за другим. Всё моё внимание в этот момент было сконцентрировано на внутренних ощущениях. Хотелось понять, что именно в моём, на данный момент абсолютно здоровом теле, пытается исправить магия лечения. Но, естественно, без внутреннего магического источника в полной мере отследить потоки маны, движущиеся внутри меня, наверное, было невозможно. Но всё же, когда этот поток лечебной магии начал иссякать и то у одного, то у другого волшебника заканчивался внутренний резерв, я отметил, как покалывает моё сердце. Может быть, именно оно износилось в этом старом теле больше всего. Но характеристика Живучесть так и осталась равна четырём единицам. Несмотря на все усилия Талера и Леура.
Они с потаённой надеждой ждали от меня оглашения результата. Но я лишь отрицательно мотнул головой. Леур разочарованно опустился на землю, прямо на песок, там, где и стоял. А вот молодой Соятов явно был настроен более решительно, ведь идея в большей степени принадлежала ему. Он сорвался с места и начал раздавать припасённые кристаллы маны из своего пространственного мешка. Не сказать, что очень крупные, но по сотне единиц маны в каждом из них точно было.