Нет, конечно, были Вика и Арнольдом, Аня с Леней, да и Фанеров с Трубецким, но они не были близкими друзьями.
Сейчас они жили во временных палатках, пока строились жилые корпуса. Горький решил укрепить их артефактами, и строительство даже силами магов земли шло долго. Так что в общей спальне было порядка ста девушек. Кровати стояли одна к другой.
Виолетта редко тут ночевала, так как большую часть времени проводила или в лазарете, или в рейдах на метеориты. На данный момент она была одной из лучших в лекарском искусстве. И раз друзей рядом нет и не с кем поговорить по душам, она ушла в работу и учебу.
Но сегодня Виолетта решила переночевать в общей спальне.
— Виолетта, у тебя нет лишних салфеток? — спросила ее соседка, молодая девушка из баронской семьи. Она поступила в КИИМ буквально за неделю до нападения.
— Погоди, Диана. Сейчас посмотрю.
Света наклонилась к тумбочке. Там осталась пачка из японского ресторана с изображением самурая.
— Такие подойдут?
— Да, — улыбнулась девушка и приняла пачку. — Мы сегодня с тобой в патруле.
— Я и забыла… — устало вздохнула Виолетта, засунув ноги в сланцы.
С тех пор, как в городе разруха при новом правителе, Горький в обязательном порядке стал назначать студентов для патруля. Это был официальный выходной, и им предстояло целый день шляться по городу и изредка предотвращать что-то незаконное.
Сейчас в городе не было крупных бандитов. Миша в свое время буквально вырезал всех за считанные дни. А с мелкими воришками или хулиганами могли справиться и студенты КИИМа.
Света умылась и еще раз попробовала набрать Антона. Ну вдруг…
— Слушаю, — неожиданно услышала она голос любимого.
— Ой! — от неожиданности она даже замерла. — Антон, привет.
— Ты не представляешь, как я рад тебя слышать. Прости, что не отвечал. Я был в заповеднике, потом у нас не было связи… Точнее, телефонов. Но теперь я восстановил номер. Мы в Казани. Едем в Москву. Как ты? Я очень соскучился.
Виолетта пыталась переварить поток информации. Все же до этого он был куда грустнее. Что изменилось, раз он снова тот самый Антон, в которого она влюбилась?
— Я хорошо. Вот, иду в дозор…
— Хех, дневной или ночной? — Антон явно был в хорошем настроении. — Прости. Я просто давно не говорил с адекватными людьми.
— Я тоже рада! — улыбнулась Виолетта. — Ты когда приедешь? Я так соскучилась!
— Толстой говорит что неделя, и я могу быть свободен!
Даже тон голоса изменился. Виолетта чувствовала, насколько раскрепощеннее он стал.
— И ты приедешь?
— Конечно! У нас же еще медовый месяц!
Виолетта покраснела и хихикнула.