Мюллер медленно поднял взгляд. Его лицо оставалось бесстрастным, но пальцы сжали ручку чуть сильнее, выдавая внутреннее напряжение. Он кашлянул, чтобы выиграть секунду, и заговорил:
— Мой фюрер, гестапо уже проводит расследование. Наши агенты работают в Эссене, допрашивают рабочих, мастеров, охранников. Мы изучаем все улики, но пока у нас нет доказательств, указывающих на конкретных виновников. Взрыв был спланирован с исключительной точностью — это не работа любителей. Мы проверяем каждую деталь, каждый след.
— Не работа любителей? — Гитлер почти кричал, его лицо покраснело, вены на шее вздулись. — Это работа врагов рейха! Коммунисты, иностранные шпионы, предатели внутри нашей страны — кто-то из них стоит за этим! И вы, Мюллер, должны были их вычислить! Ваши доносчики, ваши отчёты — где они?
Мюллер слегка наклонил голову. Он знал, что открытое возражение только разожжёт гнев фюрера. Вместо этого он сделал пометку в своём блокноте.
— Мы работаем день и ночь, мой фюрер, — продолжил он. — Мы уже задержали несколько человек за подозрительные разговоры. Один из них упомянул странные ящики на складе, не учтённые в накладных. Мы выясняем, как они туда попали.
Гитлер сузил глаза, его голос стал тише, но от этого ещё более угрожающим.
— Ящики? — переспросил он, наклоняясь к Мюллеру. — Почему я слышу об этом только сейчас? Что это за ящики? Что вы скрываете?
Мюллер сохранил спокойствие, хотя его пальцы снова дрогнули.
— Это предварительная информация, мой фюрер. Мы пока не знаем, связаны ли они с взрывом, но мы изучаем склады и их содержимое. Если там было что-то необычное, мы это выясним.
Гитлер выпрямился, его взгляд переместился на Канариса, чьё молчание начинало его раздражать.
— А вы, адмирал? — рявкнул он. — Абвер, ваша хвалёная разведка, что можете сказать? Вы следите за нашими врагами за границей — или вы тоже ничего не заметили? Англичане, французы, русские — кто-то из них мог организовать это! Где ваши отчёты? Где ваши доказательства?
Канарис был спокоен, но в нём чувствовалась осторожность, словно он ступал по тонкому льду.
— Мой фюрер, абвер изучает возможность иностранного вмешательства. Мы проверяем связи между рабочими на заводе и потенциальными агентами иностранных держав. Однако я должен отметить, что взрыв такого масштаба требует не только внешней поддержки, но и внутренней подготовки. Кто-то на заводе, возможно, был завербован или подкуплен. Мы сотрудничаем с гестапо, чтобы выявить подозреваемых.
— Сотрудничаете? — Гитлер презрительно фыркнул, его голос дрожал от гнева. — Вы все сотрудничаете, но где результаты? Я вижу только отговорки! Завод Круппа был символом нашей мощи, а теперь он превратился в дымящиеся руины. Испания ждёт наших танков, Франко требует помощи, а мы не можем её дать! Это позор для рейха!