Посмотрев пару серий анимешки о забавной деревенской ведьме, Степан Тимофеевич выключил ноутбук, разделся и лег в кровать. Улыбнувшись, он задумался, каково это — быть девочкой-ведьмой? Наверное, весело! С этой недостойной заслуженного врача мыслью он закрыл глаза. Закрыл, чтобы покинуть этот мир навсегда.
— Она вот-вот придет, — Услышал я хмурый мужской голос.
— Коля, может не надо? Как-нибудь выкрутимся, — Ответил ему жалобный женский.
Открыв глаза, увидел дощатый небелёный потолок.
— Как ты выкрутишься? Половину урожая спорыньей побило! Либо умрем с голоду все, либо отдадим ей девку. Да и что она нам? Совсем бестолковая, да еще и рыжая! Такую и замуж никто не возьмет! Лишний рот! — Грубо ответил мужской голос. Женщина заплакала.
Я повернул голову, взгляд упал на стоящую на деревянной полке икону в обрамлении белых не то полотенец, не то тряпичных салфеток. По обе стороны от иконы горели свечи. Красный угол — даже в 2022 году в нашей деревне у многих такой был.
Окинув взором бревенчатые стены, обратил внимание на сидящих на лавке людей. Мужчина был одет в длинную белую рубаху и какие-то старинного фасона, похожие на домотканные штаны. На ногах у обоих красовались лапти. Женщина — в черном платке, белой рубахе с широкими рукавами до локтя и желто-красной длинной юбке, подол которой почти достигал лаптей. Она тихонько плакала, уткнув лицо в ладони. Нет, так в наше время по дому люди не ходят, а значит я сплю. Занятно, раньше я никогда не ощущал голода во сне. Но все бывает впервые, верно?
Повернув голову, увидел лежащую рядом со мной пару детей лет 7–10. Мальчики. Приподнявшись, понял, что мы лежим на огромной «русской» печи. Краем глаза заметил свои тонкие босые ноги, выглядывающие из-под подола белой ночнушки. Ну, метаморфозы тела во сне не редкость. Главное — не смотреть на руки, иначе проснешься.
Раздался стук в дверь. Мужчина тяжело вздохнул, перекрестился на красный угол, трижды плюнул через левое плечо и открыл дверь. Пригнувшись, чтобы не удариться широкополой остроконечной шляпой о притолоку, в избу вошла высокая, одетая в длинную мантию женщина. Из-под шляпы на плечи спадали шикарные, густые рыжие волосы. Она выпрямилась в полный рост и окинула взглядом жилище, остановившись на мне. На точеном, гладком лице выделялись ярко-зеленые глаза. На вид женщине было едва за двадцать.
— Эта? — Тихо спросила она, продолжая пялиться на меня.
— Эта, — Буркнул мужик, опустив взгляд в пол.
— Подходит. Во дворе подожду. Душно, — Так же тихо сказала она, покосилась на красный угол и покинула дом.