«Так приятно ведь… Чувствуешь, какой он твёрдый и как он забавно пульсирует?» — мысленно произнесла Алиса, обхватив головку члена губками и несколько раз причмокнув от удовольствия, сунула руку под монашескую рясу, провела пальчиками между припухшими, слегка заросшими реденькими волосиками, влажными губками, нащупала подушечкой среднего пальца небольшой затвердевший бугорок и мягко надавила на него, поводя пальчиком из стороны в сторону.
«Ах! Ох! — застонала сестра Люсиль в голове ведьмочки. — Ты… Ты что делаешь? Как же так-то…»
Алиска пробежалась кончиком язычка по уздечке под головкой мужского органа, пощекотала её, заставив член напрячься ещё сильнее, отстранилась, торопливо вскочила с колен, нетерпеливо скинула монашеские одеяния и забралась на постель, на миг замерев промежностью над торчащим колом и указывающим в потолок членом герцога.
— Второй раз за жизнь буду девственности лишаться. Это даже интересно… — восхищённо пробормотала ведьмочка, аккуратно раздвинула пальчиками губки, ткнулась розовым лоном монахини в головку мужского органа, надавила, преодолела заметное сопротивление, почувствовала небольшую боль и медленно опустилась, толчками, по сантиметру впуская в себя мужской член целиком. — Ох! Как хорошо-то… — выдохнула она.
Поёрзала, устраиваясь поудобнее и ощущая, как её приятно распирает изнутри, и неторопливо качнулась вверх-вниз, скользя на обильно смазанном женской смазкой вперемешку с кровью, твёрдом и толстом, словно ствол дерева, мужском органе, постепенно увеличивая темп и набирая обороты…
Приближение к пику Люсиль и Алиса почувствовали одновременно. Тело напряглось, будто струна, внизу живота разлились приятная тяжесть и тепло, дыхание участилось, а из груди рвался наружу с трудом сдерживаемый стон.
«А-а-а!» — не сдержался и громко застонал внутренний монашеский голос в голове Алисы.
Тело монахини забилось в мелкой дрожи, ноги непроизвольно сжались от напряжения, голенькая небольшая грудка с забавно сморщенными и смотрящими чуть вверх сосками затряслась в такт пронизывающим всё тело конвульсивным судорогам…
Герцог, лежащий всё это время молча, заворочался во сне и обхватил сидящую на нём девушку ладонями за узкую талию, нанизав её на свой член до упора, а через мгновение в лоно бывшей девственницы бурным потоком хлынуло мужское семя, не вмещаясь целиком и излишками выплёскиваясь наружу…
«Нет, нет, нет… Только не в нас! — заголосила монахиня. — Нельзя так!»
«Поздно, сестра… Поздно…» — улыбнувшись, мысленно обратилась к своей подопечной рыжая ведьмочка.