— Ну вот и славно!
Герцог удовлетворённо хмыкнул, достал из-за пояса короткий острый нож, перерезал верёвки и с каким-то затаённым наслаждением, стал наблюдать за растирающей занемевшие от пут запястья воровкой…
Стремительный неожиданный рывок. Обнажённая девушка резко оттолкнулась босыми ногами от пола, выпрямившись во весь свой невысокий рост, словно сжатая пружина, почувствовала, как её затылок впечатывается в чужой, твёрдый подбородок и молниеносно перехватила руку своего противника, вывернув кисть и выхватив из неё кинжал.
В мыслях она уже красочно представила, как приставила лезвие к горлу слишком самоуверенного герцога, как увидела в его глазах мольбу о пощаде, трепет и испуг, и как милостиво оставила ему жизнь в обмен на их свободу…
Но реальность оказалась не такой радужной…
Тяжёлый, скупой удар — и она рухнула как подкошенная, согнувшись от боли в затылке, руке и онемевшем запястье…
Рядом с Квинси стоял грузный, суровый молчаливый мужчина, в одной руке сжимая короткую деревянную дубинку, а во второй отобранный у девушки герцогский кинжал.
— Ещё одна подобная выходка… — равнодушно, без тени улыбки на лице, произнёс Квинси.
— Я должна была попробовать. Простите, господин… — смиренно произнесла Бельчонок.
— Симон, ты можешь идти. — кивнул хозяин дома своему помощнику.
— Господин? — вопросительно поднял бровь грузный мужчина.
— Дальше я сам справлюсь. Иди!
— Слушаюсь, господин. — послушно склонил голову незнакомец и кинул враждебный взгляд на сидевшую на полу девушку. — Я буду за дверью.
— Выпьешь? — герцог неторопливо подошёл к своему бару, выбрал одну из стоящих там бутылок вина, ловко вскрыл её штопором и вернулся к девушке, протянув ей бутылку. — На этот раз без снотворного. Даже наоборот — прочищает мозги, тонизирует и освежает.
Бельчонок глянула на притихшего, нахмурившего брови супруга и горько усмехнулась.
— А и выпью! — приняла она из рук герцога бутылку и опрокинула в себя содержимое, ненадолго присосавшись к горлышку.
— Агата!
— Заткнись, Пьер! — брезгливо огрызнулась девушка, умудрившись сделать после этого ещё три-четыре глотка и почувствовав на удивление расползающееся по телу тепло и ясность в голове.
Герцог принял из рук воровки бутылку, поставил её на столик, осторожно, пальцами взялся за подбородок стоящей перед ним на коленях девушки и повертел её голову из стороны в сторону, любуясь правильными чертами лица, заострёнными скулами и большими, васильковыми глазами.
— Открой рот! — распорядился герцог, слегка надавив большим пальцем на ямочку на её подбородке. — А ты — смотри! — коротко приказал он связанному мужчине. — Если увижу твою отвёрнутую рожу, ты лишишься какой-то части тела. Не жизненноважной, но значимой. Нос, палец, ухо…