— Голову? Это сработает?
— В большинстве случаев — да. Если и не убьёт, то без башки он точно не противник. Будет тыкаться как слепой котёнок. — хмыкнула ведьма. — Только мы так близко к нему не подберёмся. — тут же расстроилась рыжая. — Может подмогу из академии приведём?
— Подмогу — как же! — хмыкнула брюнетка. — Три часа туда, три часа обратно. Шесть часов! Ты думаешь, он потерпит? На, держи.
— Что держать? — не поняла рыжая, подслеповата таращась в темноте.
— Одежду мою держи, я пойду на разведку…
Мими торопливо скинула обувь, сняла куртку, шорты и нижнее бельё, быстро огляделась, метнулась к какой-то заброшенной могилке и через секунду вернулась обратно, сжимая кусок стекла в руке. Прислушалась к себе, проверяя резерв силы, и удовлетворённо кивнула.
— Зачем тебе стекло? — услышала она удивлённый голос напарницы.
— Вместо ножа. Оно прозрачное. — пояснила брюнетка и растворилась в воздухе.
— Ого! Ты и так можешь⁈ — восхитилась ведьма.
— Могу! — подтвердил голос из пустоты. — Сиди здесь, не дёргайся… Если не вернусь через десять минут, скачи в свою академию и вызывай подмогу. Поняла?
— Сама разберусь, что мне делать! — недовольно фыркнула Алиса, осторожно водя рукой перед собой в поисках собеседницы.
— Вот и славненько! — усмехнулась Мими, развернулась и пошла в сторону гробницы…
Изнутри склеп казался ещё больше. Каменные стены, высокий потолок, факелы, свет которых совсем не было видно снаружи, запах затхлости и гнили.
Абсолютно голая Лилит прижималась к стене спиной, со скованными руками в металлических кандалах, а полуголый, здоровый сутулый вампир, в каком-то тряпье и грязных обносках, стоял перед ней на коленях, сунув свою морду между ног девушки и довольно урча…
Упырь резко дёрнул головой, обернулся ко входу, оскалился и угрожающе зарычал, совсем как пёс. Мими замерла на месте, стараясь не шевелиться и не дышать, и покрепче сжала в руке осколок стекла, наблюдая за противником. Молодой, крепкий, длинноволосый — словно бард или нищий поэт. Только безумный взгляд выдавал в нём жестокого и опасного хищника, а не человека.
Он громко втянул воздух ноздрями, поводил носом, принюхиваясь, внимательно прислушался к звукам снаружи, недовольно фыркнул, и через секунду вернулся к своему занятию, сунув блондинке свой несоразмерно длинный, непропорциональный язык между ног, и заставив девушку извиваться и тихо материться одновременно.
Тщательно и неторопливо прошёлся по гладкой промежности Лилит, вдавливая кончик языка и скользя между её половых губ, и впился грязными длинными когтями в тонкую, гладкую кожу на внутренней стороне бёдер блондинки, насильно раздвигая её ноги в стороны…