Я обхожу стол, усаживаюсь напротив собеседника и, прежде чем успеваю хоть о чем-то спросить, Гордеев заявляет:
– Каролина выйдет за тебя замуж.
Усмехаюсь. Мне стоит встать и начать плясать от радости? Этот вопрос интересовал меня меньше всего. Я даже не сомневался, что Влад сумеет вправить сестре мозги и сделает ее послушной.
– Представляю, насколько она счастлива, – с сарказмом проговариваю я, прилагая немалые усилия, чтобы не проявить в голосе тлеющее во мне раздражение.
– Я поговорил с ней сегодня, но ее рассказ не помог внести ясность. Наоборот, только больше все запутал, – Гордеев благоразумно переключается к более важной теме, а я вновь усмехаюсь.
И почему я нисколько не удивлен? Эта девчонка только и умеет, что сеять хаос везде и повсюду.
– Я тебя внимательно слушаю.
Влад не тормозит. Сразу же приступает к пересказу слов сестры. Выдает мне всю информацию четко и по существу, без лишней воды. Умение не тянуть кота за яйца тоже можно отнести к плюсам Гордеева.
Я выслушиваю молча, ни разу его не перебивая и оставляя все вопросы на потом. Десять минут – и я издаю смешок. Со злостью, которая кипит во мне со вчерашнего вечера. Не только из-за действий Гордеевой, но и потому, что я взбешен тем фактом, что кому-то удалось влезть в базу данных, выкрасть оттуда файлы, хранящиеся под наивысшей степенью защиты, и незаметно от меня слить все Каролине.
– Надеюсь, ты понимаешь, что она соврала? – спрашиваю я в конце рассказа.
– Разумеется, – недовольно цедит он. – Осталось выяснить, о чем именно.
– О времени, когда получила анонимное письмо, точно. Я бы узнал, если бы ей прислали его месяц назад, как она утверждает. Мои люди следили за ней круглосуточно. Везде. Всегда. Исключение – последняя неделя, – излагаю то, что Гордеев и так знает, и мрачнею еще больше, в который раз коря себя за неосмотрительность.
Я был стопроцентно уверен, что в столь тщательной слежке больше нет нужды. Причем уверенность эта появилась куда раньше, чем на прошлой неделе, – сразу же как понял, что Гордеева влюбилась. Я подумывал уже тогда отпустить профессионалов, следящих за ней годами, однако моя вынужденная поездка на Корт побудила меня оставить своих людей рядом со взбалмошной невестой до тех пор, пока я не вернусь на Морен. На всякий случай. Чтобы уберечь ее от очередных проблем, в которые она могла ввязаться. Хотя… Это все равно не уберегло бунтарку от опьянения и «веселья» со стриптизером.
Вспоминаю тот инцидент и снова прихожу в ярость, в какой бываю крайне редко. Пусть я во многом отличаюсь от других мужчин Золотой десятки и планировал во многих планах дать жене свободу и право выбора, но с суждением, что женщина обязана хранить верность, я полностью солидарен. Особенно, если эта женщина знает, что помолвлена. И тот факт, что действия Каролины в тот вечер были спровоцированы подсыпанной дурью, не убавляет моей злости. Башкой нужно думать, прежде чем заливать себе что-то в рот. Но с этим у нее капитальные проблемы. Она не способна думать хоть немного, прежде чем что-то сделать.