Я один вижу подсказки 7 — Никита Красавин

Её и без того раздражало, что учитель ставила меня ей в пример, а теперь Краса и сама начала сравнивать себя со мной.

Судя по выражению лица, итоги этого сравнения её не радовали. Но я знал, насколько опасно зацикливаться на таких мыслях, и решил отвлечь её.

— Тебе не стоит об этом беспокоиться. Это всё лишь благодаря жемчугу… — я надеялся, что так ей станет легче. Пусть подумает, что мне просто повезло. — Лучше подумай о другом.

Она нахмурила брови, не понимая, о чём речь.

— О чём же?

— Кровь на простыне — вот наша главная проблема.

Её лицо ещё больше омрачилось. Это был не просто намёк, а старинный обычай.

Кровь на простыне в первую брачную ночь служила доказательством, которое утром следовало предъявить семье. В нашем случае — старейшинам.

Без этого брак могли признать недействительным, а значит, у «него» появится основание отказать мне в пилюле Земли. А мне этого не хотелось. Нужно было доказательство.

— И что нам делать?

— Ну… Вообще, есть один способ… — ответил я с недвусмысленной улыбкой.

Мы, два дурака — я и Краса, вошли в зал к главе школы. В моих руках была аккуратно сложенная простыня. Мы подошли ближе и остановились возле этого «вороньего гнезда». Я развернул ткань, и Краса мгновенно вспыхнула от смущения.

Простыня была вся в крови. Огромное пятно, словно её использовали для вытирания места жестокого убийства десяти человек.

А что?

Я решил не мелочиться и просто взял свиную кровь. Обильно вылил её в центр. Всё равно никто не станет проверять ни цвет, ни запах, а уж тем более проводить ДНК-тест.

Конечно, всем было понятно, что я лгу. Впрочем, традиция есть традиция.

— Вот, я выполнил своё обещание… — с гордостью произнёс я, расправляя плечи. — Мужик сказал — мужик сделал, верно? Мы поженились, провели брачную ночь, и в момент «эйфории» я даже достиг пика стадии Потока.

Разумеется, я предусмотрительно умолчал о «скрытых этажах». Людям совсем не обязательно знать всё. Им достаточно того, что я сам хочу им показать.

— Молодец, — с холодной сдержанностью ответил Рарог.

— Всё верно. Самый лучший молодец. Я бы даже сказал, молодец из всех молодцов. Поэтому мне нужна моя награда.

Краса, стоявшая рядом, опешила от того, как я разговариваю с главой школы. В какой-то момент она просто опустилась на колени — на всякий случай.

Если вдруг Рарог выпустит волну смертельной энергии, она решила, что пусть лучше пронзит меня, чем её. Такая тактика показалась ей вполне разумной.

А я?

Я уже получил карт-бланш и был «своим парнем». И, зная, что нахожусь в безопасности, не видел смысла бояться.