Краса хотела поспорить, возразить, но в итоге лишь молча согласилась. Она знала, что не сможет отказать своему мастеру. И мастер это тоже прекрасно понимала.
Сдержав вздох, Краса вышла во двор. Тот был зелёным и ухоженным, полный ароматных растений, с мягким журчанием ручья, придающим спокойствие.
Она вынула меч — свой клинок, который, как всегда, завис над землёй. Неторопливо забравшись на него, Краса взлетела в небо, направляясь прямо к Комитету Чести.
«Нужно найти способ избавиться от него. Он, как мой ментальный демон, и мне нужно убить его!»
…
Комитет Чести встретил её своим привычным чёрно-серым обликом.
Краса презрительно смотрела на них, считая всех, кто там служил, не больше чем псами. Они должны поклоняться. Они должны лизать землю при её виде.
Для неё они были всего лишь лакеями, инструментом. И уж точно — не теми, кто мог бы указывать ей, что делать. Она находилась на несколько уровней выше.
Войдя внутрь, Краса сразу же бросила вопрос:
— Где этот чертёнок?
Сотрудник, стоявший у входа, удивился её тону. Сначала он даже не понял, о ком речь — в Комитете Чести «чертями» можно было назвать почти всех.
На миг он подумал, что она говорит про него самого. К счастью, оказалось, что нет. Краса имела в виду паренька, которого недавно привели с шахт.
Этот сотрудник знал, о ком идёт речь, и поспешно указал на лестницу.
— В кабинете Гневона. Он сейчас его допрашивает.
Краса не кивнула, ничего не сказала. Получив нужную информацию, она направилась к кабинету, но замерла, остановившись перед дверью.
Кровь. Её запах ударил в нос раньше, чем она успела что-либо увидеть — медный, густой, с примесью чего-то едкого, похожего на запах сожжённых волос.
Из-под двери сочилась чёрная жидкость, пульсируя в такт её шагам. Краса застыла. Рука непроизвольно потянулась к мечу.
— Что это?
Она попыталась открыть дверь, но она оказалась заперта. Даже когда она «надавила», дверь не поддалась. На её поверхности вспыхнула надпись чёрного цвета: «Закрыто».
Красе это не понравилось. Ей вообще не нравилось, когда ей что-то указывали, даже если это была простая надпись.
— Закрыто?
Не раздумывая, Краса пнула дверь ногой. Дверь сорвалась с петель и с глухим стуком упала на пол, разбрызгивая чёрную жидкость по всей комнате.
— Теперь открыто.
Однако то, что она увидела внутри, оказалось далёким от приятного. Кто-то неподготовленный описал бы эту сцену как «маньяк и его жертва».
Гневон сидел — точнее, его тело — откинувшись на спинку стула. Его грудная клетка была вскрыта самым небрежным образом, словно это сделал мясник.