— Кто это был?
— Он сказал, что он лидер Революционной армии.
— Да? — Император на мгновение задумался, затем усмехнулся. — Я найду их. И уничтожу.
Его лицо впервые озарилось искрой азарта. Даже его провал не беспокоил — наоборот, он почувствовал вызов, который пробудил в нём любопытство.
В этот момент каменное лицо вновь заговорило:
— Наверху есть кто-то… кто смог взять одного из них.
— Да? И кто же?
— Некрасов… Алексей…
Император остановился, его глаза сверкнули.
— Интересно…
Пятью минутами ранее…
Я стоял напротив Девятого. Ситуация была на грани — крайне опасная. Он держал меня на мушке, крепко сжимая автомат.
И, знаете, сказать, что я выглядел героем и собрался вот-вот наказать негодяя, было бы неправдой. На самом деле, я понятия не имел, что делать. В реальном мире я вовсе не Рэмбо.
И боевых навыков, если уж честно, у меня нет. Вот что я понял: даже если я не полный ноль, но где-то близок к нему.
А что?
Против автомата у меня нет шансов. Ну, точнее, шансы есть, если активировать крылья. Только вокруг было слишком много глаз, и такой ход явно привлёк бы внимание. Мне этого тоже не нужно.
Тогда что делать?
Девятый целился мне прямо в лицо, а я до сих пор просто притворялся. Он, похоже, размышлял: стрелять или нет?
Сложная ситуация.
В такие моменты главное — не поддаваться панике. Я повторял себе это как мантру, снова и снова. Только, сколько ни твердил, эмоции всё равно брали верх. Паника, как бы ты ни сопротивлялся, всё равно находила лазейку.
Раньше мой план был прост: воспользоваться элементом неожиданности. Но реализовать его сложно, когда на тебя смотрят так, будто ждут малейшего движения, чтобы нажать на спуск. Любой опытный солдат скажет: «Дёрнешься — и ты труп».
Кто бы мог подумать, что спасение придёт откуда не ждали.
Девятый внезапно застыл, словно получил какое-то сообщение. Это выглядело странно. Точно так же выгляжу я сам, когда на испытании.
И тут меня осенило:
«А что, если эти парни… тоже проходят испытание сейчас?»
Эта мысль пробрала меня до мурашек. От неё стало не по себе. Моё настроение немного улучшилось, когда чей-то громкий, властный голос прервал тишину:
— Всем быстро заканчивать дела! Уходим отсюда!
Этот командный тон прозвучал как сигнал спасения.
Похоже, я спасён. Хотелось выдохнуть, однако на меня до сих пор продолжали смотреть глаза полные ненавистью. Ведь Девятому было мало, он даже выругался сквозь зубы:
— Вот же гадство. Нужно больше времени.
А главное, все остальные тут же сорвались с места и побежали прочь. Казалось, их ничто не могло задержать. Ему кричали: