Бланка д’Льетуаль также ехала с нами. Её выдали замуж практически в четырнадцать лет за очень пожилого мужчину виконта Андре. Уж как там сложилось, но в восемнадцать лет она стала вдовой. Сын от первого брака пожилого виконта вступил в права наследования. Хорошо, что фаворитка короля была в подругах с юности у прекрасной виконтессы, а так бы пришлось идти в монахини.
Ехать мадам Бланке было абсолютно некуда. Приживалкой быть в доме покойного мужа не хотелось. Она вела финансовые подсчёты маркизы Анны, и без неё наш мирок не был бы таким уютным и гармоничным. А её вышивки сразу выкупала сеньора Адория, украшая ими модели своих платьев.
Мы устраивались на новом месте и нанимали мастеров на производство.
И если вначале нашего путешествия, маркиза Анна-де Аулестия говорила, в шутку, конечно, что я купила за её деньги, кстати, дом на воде. Как будто суши мне мало! То сейчас она от него была просто в восторге.
Дом наш был, величественно великолепным. Парадный фасад его выходил на одну из центральных улиц, и первый этаж мы собирались сделать центром высокой моды. Боковые пристройки должны были занять мастерские. Двор, в котором был разбит шикарный сад с розами и маленькими скамеечками, заканчивался высокой каменной аркой, по которой плелись кустистые розы. Далее была выложена каменная лестница, которая вела к водам большого канала. Это было очень романтично.
Ремонт, конечно, можно было бы обновить, но всё со временем. Наш бессменный повар, сеньора Пломмия была с нами. Няни и горничные тоже. Мы даже привезли с собой маленькую версию стиральной кадки. Месье Жак с нашими гвардейцами собирались её устанавливать в хозяйственном помещении.
Как же давно я не окуналась в творческий процесс. От моих идей у всех голова шла кругом.
Особенно глядя на синьору Анну с дочерью, а она всё же документально оформила её именно дочерью с правом передачи ей титула. И этот титул у девочки был пожизненным, независимо от того, как она выйдет замуж. Ну вот глядя на них обоих в тёмных траурных платьях, я вспомнила, что в будущем, в моём мире отшивали одинаковые платья для мам и дочек.
То есть, для показа маленькой маркизе должны были пошить такой же наряд, как и у мамы. Приготовить такие же украшения только уменьшенная версия. Маска, сумочка, туфельки, веера, перчатки, бриллиантовые диадемы — это было настолько неожиданно, что у всех просто глаза горели от азарта.
А если шили синьорине Элеоноре, то и мадемуазель Анжелик не осталась в стороне, маленькая графиня наконец-то разгладила сведённые к переносице бровки. Её глазки, сияли счастьем, надолго ли, не знаю. Во время путешествия все её мысли были только о маленькой лошадке.