После чего алтарь с ними исчез.
Позвав прислугу, князь приказал отнести Кузнецову-Кутузову в комнату и надеть на нее антимагические наручники.
Как только ее унесли, ему позвонил сын.
— Да, Коля, что случилось?
— П…Папа, на меня напал Кузнецов… Он говорит… Он хочет убить меня, если ты не приедешь!
— Все хорошо, сынок, папа скоро будет.
— Папа, спаси меня, пожалуйста.
— Хватит ныть, Коля. Если смерть неизбежна, то прими ее, как мужчина. Смирись, и встреть ее с высоко поднятой головой! Не позорь себя и свой род!
Послышался глухой удар. Трубку выхватили.
— Привет, князь. Кажется, у тебя моя жена, — раздался металлический голос Кузнецова.
— А у тебя мой сын, — так же спокойно ответил Карамурзин. — И даже не думай, что я пойду на обмен.
— Забавно, ты хочешь пожертвовать сыном? Без такого прикрытия ты ни на что больше не годен, князь Урала. Ты заставил меня действовать серьезно. Единственное, что мне интересно, как ты умудрился выкрасть Машу из моего же дома?
— Громкие слова, Кузнецов… — вздохнул князь. — Что ж, скоро от тебя не останется ни куска мяса. Твоя жена будет служить простым прикрытием. Не волнуйся, с ней ничего не случиться.
— Я знаю. Жду, когда ты придешь спасать своего деточку, прикрываясь моей женой.
— Скоро я тебя сокрушу!
— Не сокрушишь. Я непобедим. Меня не победить. Это невозможно. Можешь навредить мне. Нанести урон. Но ты никогда меня не победишь.
Карамурзин бросил трубку. Где он повернул не туда? Почему его сын вырос таким размазней⁈ И как Михаил вырост таким…
В глубине души, он хотел именно такого сына, а не то, что сейчас было.
Дмитрий Романович посмотрел на разбитый камень.
— Может потому, что у тебя не было примера? — пробормотал он и пошел на выход.
Лазурный особняк.
Под Екатеринбургом.
— Я сделал все, как ты и просил! — сказал Николай.
— Замечательно.
У меня не было желания находиться в одной комнате с таким отбросом. И что-то мне подсказывало, что если я еще немного задержусь, то может случиться непоправимое.
Любавка только что зашла в дом вместе со Светой. Они о чем-то болтали, посмеиваясь. Выглядело это, как будто две подружки гуляли по магазинам. Вот только обе были в крови.
— Машу похитили, — сообщил я. — Любавка, охраняй Баскакова. Пусть сидит в комнате до приезда отца.
— Это Карамурзин? — взволновано спросила Света.
— Да, это он.
— И что мы будем делать?
Я достал телефон.
— Знаешь такую поговорку, на войне все средства хороши? — спросил я.
— Да, но…
— Я просто хочу сохранить ей жизнь. Хоть на несколько процентов, но это лучше чем ничего.