— Нет… — даже говорить было больно. В горле першило. — Не меня, Машу…
Но как только я добрел до зала, где находилась моя супруга, все стало еще страннее.
Через весь зал пролетела Дункан и врезалась в чудом уцелевший шкаф. Отдаю должное ее мускулистому телу — она тут же выскочила из обломков и вытащила из плеча гвоздь.
Как только мы с ней пересеклись взглядами, она крикнула:
— Есенин! Он что-то хочет сделать с Машей!
Я на секунду оторопел, когда понял, о чем говорит Дункан. Князь посмотрел на меня и быстро полез в карман. Что там, мне наплевать, но я поверил Айседоре.
Ноги уже не были такими быстрыми, а Есенин куда проворнее, да и не такой уставший, поэтому пришлось швырнуть в него Ерх, запитав его до отказа.
Но первым успел генерал.
В Есенина прилетела черная стрела и пробила ему руку.
— О нет! Я не дам тебе этого сделать раньше времени! — грубым искаженным голосом произнес генерал, поднявшись к потолку. — Все будет на моих условиях.
— Сергей Александрович, что вы делаете⁈ — обратился я к нему.
— Прости, Миша… Может, потом ты поймешь…
Он одним движением вытащил из плеча черное копье, и оно превратилось в дым.
— Я помогу! — услышал я рядом с собой голос Дункан.
Девушка тоже была в крови, но держалась на ногах.
— Хреново выглядишь, подруга.
— Рабочие будни, — сплюнув кровь под ноги, произнесла она.
— Зачем вам Маша? — крикнул я Есенину.
Но князь только опустил глаза и в его руках появились светящиеся сферы размером с яблоко.
— Кажется, он настроен серьезно, — услышал я Лору.
— Что князь хотел сделать с Машей? — шепотом спросил у Дункан.
— Не знаю. Он хотел прикоснуться к ней какой-то склянкой, но…
Она не договорила и, упав на колени, схватилась за голову.
— Только не сейчас, — сквозь зубы прошипела она. — Замолчи…
Ерх вернулся ко мне.
Генерал тоже начал создавать что-то мощное. По крайней мере, окутавший его черный дым был очень мощным.
В огромном зале повисла тишина, нарушаемая только легкими стонами Дункан.
Все имеющиеся детали Болванчика облепили мое тело и служили дополнительным доспехом. Ерх получал огромное количество энергии.
Я краем подсознания проверил, где находятся Кицуня и Любавка. Они были в соседней комнате и готовились ворваться в любой момент. Пока пусть будут в тылу.
— Ева сломалась, — добавила Лора.
Я не понимал, зачем князь Есенин это делает, но почему-то вспомнил, что Антон говорил, что его отец в последнее время странно себя вел. Уж не стал ли он очередным носителем хаоса? Не похоже. Его белая магия заполонила часть зала, так что тут что-то другое. И меня это вводило в ступор.