Вечеринка набирала обороты. Сотникова я нашла почти сразу, как вышла из ресторанчика, он помог мне с окончанием подготовки к ужину, и вот мы все собрались на банкете.
Поздравления, веселье и горячительные напитки лились рекой. Здесь все были свои, потому атмосфера сразу стала непринужденной и легкой.
Мы с дочкой остались сидеть за столом, пока остальные «зажигали» на небольшом танцполе. Не осталось в стороне даже взрослое поколение — наши с Юрой родители словно почувствовали вторую молодость и теперь скакали так, что остальные семидесятилетние могли бы им лишь позавидовать.
А вот Ритка была какой-то странной. Притихшей и не особо довольной происходящим.
— Котик, у тебя что-то случилось? — задала я вопрос, пока дочь окончательно не впала в уныние.
Вроде праздник удался, ее девчонки-подружки веселятся и танцуют. И что случилось у Риты — я не понимала.
— Нет, мам. Все нормально, — отмахнулась она от моих расспросов.
Я кивнула, допила шампанское и стала наблюдать за семейством и друзьями, совершенно довольная тем, как все происходит. Все же мне нужно начать свое дело. Организация всяких мероприятий удается мне на все сто.
— Ой! Ритка, ты видела, какая Уля стала сексуальная? — не удержалась я от восхищения, когда в поле зрения попала дочка Юны.
Сегодня она надела особо откровенное платье, но оно удивительным образом ей шло и было совершенно не пошлым. А каждый изгиб точеной фигурки подчеркивался так, что Ульяне бы позавидовали самые роскошные модели нашей планеты.
Маргарита перевела взгляд туда, куда смотрела я, и у меня мелькнула мысль, что именно Уля и является причиной недовольства Риты.
Но почему? Они ведь дружили уже очень давно. Дочь скучала по Ульяше, пока та была в отъезде. Потом, когда она вернулась, девчонки стали не разлей вода…
А может, все проще, и Маргарита просто немного ревнует Улю к тому, что та сегодня как звезда вечера? Но Рита сама выбирает то, во что одеваться. И джинсы с футболками — ее желание, а не кого-то извне.
— Ага, сексуальная, — кивнула дочь и вдруг добавила совершенно спокойно: — И беременная от папы.
Я так и застыла соляным столпом. Что-что она сказала? Уля беременна от Юры?!
Взгляд мой метнулся к мужу. Сотников тоже плясал, но в стороне ото всех… На Улю он не обращал никакого внимания. Но зачем сейчас Рита так пошутила? Это ведь шутка, да?
— Уже месяц четвертый вроде, — так же ровно продолжила Маргарита.
Она говорила жуткие вещи, причем ей удавалось это сделать совершенно нейтральным тоном. И напоследок дочь приложила меня еще раз, сообщив подробности: