— Ничего такого, — отозвалась та. — Зато Сергей сказал, что я его Металл.
— Сынок?
— Это правда, мам. Внезапно случилось, сам не ожидал. Накрыло резко. Источник так забурлил, что думал, разорвет. Так что придется брать ее в жены.
— Эй, я сейчас не поняла! Ты должен радоваться этому факту, а не горестно вздыхать!!!
— Так я и радуюсь — не видно, что ли? Ура, и все такое.
— Не видно. Ладно, буду считать, что ты просто в шоке от свалившегося на тебя счастья.
— Горжусь вами, деточки, — попыталась пустить мама слезу, но у нее не вышло. Может, потому, что она неприлично и обидно смеялась?
У-у-у, я отомстю, и мстя моя будет страшной! И Лучику тоже — вон как пучит глаза, пытаясь не заржать. А вот сын не подвел — придвинулся поближе, явно собираясь меня защищать. Один он меня понимает.
— Пошли, Лю, злые они. Утопим свое горе в лимонаде и погоняем в машинки — надо отыграться у тебя, а то моя самооценка рухнула дальше некуда.
— Могу тебе поддаться, если тебя это успокоит.
— Нет, мне не нужна легкая победа!!! –гордо вскинул я голову и под общий смех пошел на гонки. Ничего. Прием, говорите, банкет, говорите, в честь меня, говорите? Ну, я вам устрою! Век меня помнить будете, не будь я Эээх!!!
В общем, в гонках я опять продул, даже не спрашивайте, как. Все вроде одинаково и пальцы не кривые. Но этот мелкий будто чуял, где и как надо. Вот бы их с Двенадцатой свести и посмотреть, кто кого. Я бы поставил на Лю.
С разгромным счетом пять — два не в мою пользу я отправился к себе, решив хандрить до упора, потому как если мир повернулся к тебе жопой, надо повернуться жопой к миру.
Вот так, бесцельно плюя в потолок и лениво листая новости, я и провел оставшиеся часы до приема. Меня никто не тревожил, не поинтересовался, не помер ли, да и вообще, все бросили. Покапризничать, что ль? Не, ну а что? Не всегда же мне быть гордым бруталом, жующим на завтрак гвозди. Иногда надо выпускать пар, хотя бы таким невинным способом, ведь как я и говорил раньше, самое страшное для мага — это скука.
Когда зажужжал будильник, я понял, что пора. Одевшись в парадную форму со всеми регалиями, обойдясь при этом безо всяких слуг, я посмотрел на себя в зеркало, в очередной раз оставшись довольным увиденным — из него на меня смотрел высокий парень с широкими плечами. Суровое, даже местами одухотворенное лицо так и просилось на обложку какого-нибудь мужского журнала, можно даже ню, потому как я не стеснительный. Хотя нафиг, еще завидовать будут или в наложницы набиваться. А у меня там и так перебор. Нахапал от счастья, а теперь не знаю, как переварить.