Рывок — и вот мы уже внутри, она в моих руках, прижимается спиной ко мне. Попытка вырваться ей не удается. Вспыхнувший щит я мгновенно взял под контроль и развеял его.
— Расслабились вы, госпожа мастер-офицер, — шепнул я ей на ушко, мгновенно ставшее красным.
— Гордеев, — выдохнула она.
— А вы ожидали кого-то другого?
— Немедленно меня отпусти!
— А если нет?
— То я надеру тебе зад.
— Ты можешь попробовать это сделать.
Она ещё несколько раз рванулась, руки покрылись пламенем, которое, впрочем, сразу угасло. Меня теперь подобным не взять.
— Чего ты хочешь?
— Тебя, — моя рука поползла по ее животику вверх.
Тяжелое дыхание было мне ответом и попытки вырваться прекратились.
— Ты все так же вкусно пахнешь, — я вдохнул запах ее волос, — а твоя попка, как и прежде, тверда как орех. Как ты без меня жила?
— Регулярно.
— Ой, врете, госпожа! Вторая попытка.
— Скучно…
— Уже ближе к правде, но не верю без доказательств.
— Отпусти.
Я разжал объятья и отступил на два шага назад. Она развернулась и замерла, пристально глядя мне в лицо, будто рассчитывая что-то этакое в нем увидеть. Она изучала каждую его черточку — от ее внимательных глаз не укрылся шрам на нем, и она прекрасно поняла, что, когда мне его нанесли, рана была ужасной, и я точно тогда лишился глаза. Она видела легкую бледность, намекающую, что я не отдыхал на курортах, чуть заострившиеся черты, грубые руки, которыми можно было полировать доски — ничего не ускользнуло от ее взгляда.
Она сделала шаг ко мне и прикоснулась ладонью к моему лицу.
— Где же ты был, Сережа? — мягко спросила она и в уголке ее глаз сверкнула слеза.
— Там, откуда редко возвращаются, Снежана.
— Но ты вернулся.
— Конечно, я же Гордый. Что мне какие-то испытания, если я знаю, что меня ждут?
— Я ждала и верила, что тебя не сломают и ты выживешь.
Еще один шаг, и она стоит вплотную ко мне.
— И что же дальше?
— Пойдешь ко мне в наложницы? Прости, в жены взять не могу — сама понимаешь. Но и оставить тебя сил нет. Если откажешь, я пойму.
— Однажды я пообещала себе, что останусь только с тем мужчиной, что сможет меня победить. Ты сможешь?
— А ты проверь, дорогая, — наши губы почти соприкасались.
— Уже проверила, — шепнула она.
— И какой будет твой положительный ответ?
— Я подумаю.
— Быть может, я смогу повлиять на твое решение? — мои пальцы коснулись пуговки ее блузки.
— Попробуй, — улыбнулась она и подалась вперед, жадно впившись в мои губы.
Я прижал её к себе, а потом буквально бросил на спину на тот мягкий диванчик, что стоял в кабинете, и задрал юбку. Она подняла ноги, и я задрал ей колготки и трусики до коленей, освобождая себе путь к её женской тайне. Она тем временем почти так же быстро спустила до колен мои штаны и все, что было под ними. Трусы попытались зацепиться за твердую мужскую сущность, но она ловко высвободила ее из плена ткани.