— Да что вы, Алефтин Генрихович! — сказал Юлий. — Успехов не так много.
— О да, — кивнул он. — Особенно у генерала Римской Империи. Ну, настаивать не буду, если надумаете, мой телефон у Михаила, — и он перевел на меня укоризненный взгляд. — А вас, князь Кузнецов, я вообще хотел бы видеть на лекциях. И вас, Кутузова и Нахимова, это тоже касается!
Удивительно, как статус влияет на восприятие. Даже я, будучи князем, невольно опустил голову, понимая свою оплошность.
Пристыдили меня знатно. Звездочет в своем репертуаре.
И когда мы уже пожали друг другу руки, и Маруся, махнув платком, скрылась в глубине дома, по городу заорали сирены.
— Это что еще такое? — удивился Юлий.
— Пожар? — предположила Мика, поглядывая на меня.
— Хуже, — вздохнул Дима. — Это прорыв.
Звездочет высунулся из окна.
— Быстро, в институт!
Запрыгнули в тот же микроавтобус, но на этот раз решили не рисковать и прямиком полетели к КИИМу.
— Ну что, хотели развлечений, получите, — улыбнулся я, проверяя все ли детали Болванчика в кольце.
Секретная тюрьма для особо опасных преступников.
Сегодня начальник сверхсекретной тюрьмы, Вениамин Монтекристов был необычайно сосредоточен. Он принимал особо опасного преступника. Судя по имеющейся информации, именно он был причастен к пропаже целого города в Китае. По крайней мере, так говорилось в документах. А еще это был настоящий генерал хаоса.
В последнее время что-то зачастили они.
Огромный саркофаг медленно катили по спераливидному коридору, останавливаясь у очередных дверей в ожидании, пока там сольют кислоту. Все ради безопасности.
Через маленькое окошко в саркофаге он видел ярко-зеленые, светящиеся глаза. Это точно была женщина, и когда он встретился с ней взглядом впервые, то по спине прошлись мурашки. Больше он не испытывал судьбу.
— Камера готова? — спросил он у солдат.
— Да, начальник, — кивнул один из мужчин. — Пришлось немного поторопиться, но там все так же.
— Тот же самый камень?
— Да, она не сможет и пальцем пошевелить.
— Пусть только попробует. Разряд ей будет обеспечен.
— Смотри, не поранься, — раздался приглушенный голос из саркофага.
Никто не ответил генералу хаоса.
Позже, сидя в комнате наблюдения, все признались, что испытали страх от ее слов.
Спустившись на последний уровень, они заехали в коридор. Он уходил спиралью вниз. Прямо. В конце старая деревянная массивная дверь.
С одного бока две камеры, со второго три. Новая камера тут появилась недавно.
— Давай ее сюда! — сказал Монтекристов, прикладывая руку к прозрачному стеклу.