— Лора, что с сосудом, в котором сидит Нечто?
Она появилась рядом с коконом и начала осматривать его. Несколько деталек кружились, иногда влетая в Посейдона.
— Сила хаоса сохранила ей тело, — наконец ответила она. — Даже удары Валеры она смогла пережить, но я не знаю, что с ней будет, когда из нее выйдет хаос.
— Глупый Чал Конерук, не ты моя цель, — рассмеялся Нечто и посмотрел на меня. — Кузнецов, ну что, проверил своих жен?
— Да… — мне не понравился его тон. — С ними все в порядке…
— О! Разве? — наклонил он голову набок.
— Да, ты с ними ничего не успел сделать.
— А я хотел не с ними… — прошипел он.
— Довольно! — раздался голос Валеры, и он положил руку на голову женщины. — Пора тебе почувствовать, мою мощь!
— Погоди! — я подошел ближе. — Я сам.
И да, знаю, Валеру. Он мог просто раздавить голову, погубив одну невинную жизнь. Но если есть шанс ее вытащить, то я им воспользуюсь.
— Лора, дорогая, сделай так, чтобы ему было больно.
— С удовольствием, — зловеще рассмеялась она.
Мои руки легли на голову бедной женщины, и я направил тонкие струйки энергии ей в тело.
— Я буду истязать тебя! Я превращу твою жизнь в хаос! Твои дети никогда не родятся! Эта ноша будет на твоих руках! — шипел он.
За нами показались те, кто был в доме. Даже Маша со Светой выглянули, чтобы посмотреть, что мы делаем с самим богом хаоса. При виде спокойно стоящих девушек в глазах у Нечто промелькнуло удивление.
— Вижу, ты удивлен? — ухмыльнулся я.
Поток энергии усиливался. Лора собирала сгустки хаоса по всему телу женщины. Это было куда проще, потому что она изначально не имела внутреннего хранилища, и была простым человеком. Так что моя помощница спокойно вытягивала все инородное из организма.
Я видел, что Нечто дискомфортно и, признаюсь, мне это нравилось. Но он улыбнулся.
— Значит, ты так и не понял… — голос становился все тише. — Твои дети уже заражены. Ничто их не спасет…
Меня это немного встревожило. Он говорил слишком уверенно. Но для начала надо было попробовать вытащить из женщины тварь.
Лора увеличила напор энергии. Из тела начал выходить темный дым, от которого шипел даже Посейдон.
— Ты сдохнешь! — тихо смеялся Нечто. — Сдохнешь! Я обещаю! Ты и Чал! Я сделаю все, чтобы вы не переродились!
— Ага, удачи…
Наконец, последняя частичка божества покинула женщину. Оказалось, это была та самая крикливая мадам у дома Пушкина. Видимо, Нечто сильно поколдовал над ее внешностью. Но должен заметить, на ней не было ни царапины.
Она тут же пришла в чувство, пару секунд поморгала и завизжала, поняв, что не может двигаться. Так еще и на морозе, и в воде.