— Лора, может, мне его швырнуть в стену? — и вытащив нос из под одеяла, схватил телефон.
Девять пропущенных от Софьи Андреевны и столько же от Арины Родионовны.
Опять телефон начал пиликать.
— Слушаю…
— Михаил, неужели вы еще спите? — раздался удивленный и бодрый голос няни Пушкина.
— И вам, доброе утро, Арина Родионовна. У вас все хорошо? В казне хватает денег?
— Да, благодарю. В казне… Хотелось бы побольше на несколько миллионов, но приходится работать с тем, что есть! Но сейчас не об этом. Мы с Софьей Андреевной через десять минут будем у тебя. Так что спускайся вниз. Есть разговор.
— А по какому… — но она отключилась. — Какая невоспитанная и наглая старушка…
— Благодаря этой старушке мы нашли разгадку смерти Петра. И еще она прокладывает многополосные трассы между крупными городами и строит железную дорогу, так что будь благодарен и поднимайся! — Лора тоже умела испортить настроение с самого утра.
Этой ночью я оставил девушек спать отдельно. Причем в разных комнатах. Из-за их положения, надо быть крайне осторожными.
Быстро проверив, что с питомцами все в порядке, я вылез, оделся и спустился вниз.
Как раз к этому времени и приехали две неугомонные бабушки. И каково же было мое удивление, что они явились ко мне на спорткаре. Даже Данила выглянул из гаража с открытым ртом.
Прислуга открыла им дверь и впустила внутрь.
— Ох, голубчик, здравствуй!
— Ты посмотри, как исхудал! Тебе надо выспаться!
Меня чмокнули с двух сторон. Я хотел съязвить, что с радостью бы высыпался, если бы мне не звонили по утрам. Но вовремя прикрыл рот, увидев, что время подходит к обеду.
— Ну-с, по какому важному вопросу вы ко мне? — сев в кресло, спросил я.
Настя тут же выскочила с кухни и подала чай с печеньем.
— Ох, а где Маруся? — поинтересовалась Софья Андреевна.
— В отпуске, — отмахнулся я. — Так по какому вы…
— А Надя что, тоже спит? — перебила меня Арина Родионовна.
Мельком проверил ее через Болванчика.
— Нет, она в администрации, разбирает бумаги.
— Это просто мы с тобой сегодня туда не заезжали, — пихнула локотком свою подругу супруга Толстого.
— Так по какому…
— Михаил, ты хоть и царь Сахалина, но где твои манеры? Как некрасиво перебивать пожилых женщин, — улыбнулась вторая. — Но ладно, мы, собственно, к тебе вот зачем. Недавно твои гвардейцы и некоторые работники поместья обзавелись кое-чем интересным…
— Да? — улыбнулся я, понимая, куда они клонят. — Вы тоже видели новую форму, которую Сшила Любавка?
— Нет, мы хотим татуировки! — не выдержала Арина Родионовна.
— Да! Хотим! — топнула ногой ее подруга.