Борис аж поперхнулся, услышав мои слова. Ольга, которая все время шла чуть передо мной, деловито покачивая бедрами, побледнела больше обычного, ну а я… а что я? Не бросать же их здесь? Натворят дел, а там хоть у Али будут друзья. Ее роста, уровня развития, и такие же паразитирующее.
Гноллы в ответ лишь закивали, замычали и медленно поплелись вслед за мной. О, кстати, еще одна разница между гноллами моего мира и этого, в моем мире — эти существа разговаривали. При чем, порою так, что их было не заткнуть.
До дома мы добрались за час, так сказать, пошли в самый пик жары, и уже около дверей, когда навстречу нам выполз одержимый енот, я скомандовал гноллам — облагородить дерево. При чем, так и сказал: «вот ваше дерево, чтобы вы не вздумали его сломать, ясно?»
На этой доброй ноте, я переступил порог дома, встретил тут же Алю, которую пришлось показывать гноллам.
— Смотри, — я подхватил за подмышки маленькую человеческую девочку, и выставил ее на улицу. — Это… — указал рукой на зеленокожих «хоббитов». — Твои новые друзья. Пока они поживут на дереве и будут охранять территорию. Их — не обижать, ясно тебе?
Судя по восторгу на лице Али, ей было начхать на то, что я говорил. Отпустив девочку, я все же вернулся в дом, зашел на кухню, отхлебнул горячего кофе и поплелся в сторону своей комнаты. Напрочь позабыв, что не дал распоряжение Борису и Ольге.
Кстати о Ольге. Что мне с ней делать-то?
— Ладно, — зевнул я, вытянувшись в кровати. — Потом решим…
Фурик долго и упорно сражался с двумя призванными ведьмой, существами, которые утянули его вглубь земли. Учитывая его способность — выпутываться из самый жопных ситуаций, он все же смог свалить двух уродцев в магму, а затем, двое суток пробирался на верх. Все же, спуститься с гноллами до ядра земли, это было слишком опрометчиво.
Телепортироваться не получалось. Призвать корни — тоже. А все потому, что у центра планеты, обычно, главенствуют только мертвые силы. Вот алхимики бы — да, были бы здесь в одном лишь плюсе. Вокруг куча руды, драгоценностей и нужная температура. Но что тут делать тому, кто верен только духам и природе? Природа то наверху, как никак…
Когда его грязная физиономия выбралась из земли, первым делом он начал захлебываться. Уши заложило грязью и водой, в нос ударил запах тухлятины, который тут же забил все поры, а во рту оказался неприличный привкус какого-то дерьма.
Отплевываясь, он вдруг понял, что не может пробраться наверх, из-за того, что отверстие над ним было слишком узким.
«Твою мать! — подумал друид. — Это что за яма такая, в которую забраться не получается?»